Личная позиция | Общие проблемы и вопросы Из писем и бесед
«Созижду Церковь Мою, и врата ада не одолеют её»
(Мф. 16. 18)
Мы все верим в Бога. Верим в то, что Он есть, что Он создал мир, что Он может все. Мы верим, что это так. Но что же дальше? Вот беда: далеко не все верят, что Бог участвует в нашей жизни, в жизни каждого человека, что Ему есть до нас дело. Мы не видим или не хотим видеть свидетельств Его присутствия, влияния на жизнь и обстоятельства наши. Ещё меньше людей готовы согласиться с тем, что с Богом нас связывает Церковь. Мы готовы признавать Бога, готовы обращаться к Нему, тем более просить Его о чём-то, но только без посредников, один на один, как равный с равным. При чём тут Церковь с её долгими службами, с её устаревшими порядками, требованиями, запретами? Ну да, Библию, Евангелие мы ещё можем почитать, но беседовать с Богом нам куда удобнее дома или ещё где-то, без массы мешающих людей, не всегда симпатичных и хорошо одетых. Литургия, Всенощное бдение – это для бабушек, для тех, кто попроще. Мы забываем, что наивным нам кажется не только то, что мы давно переросли, но и то, до чего не доросли…
…Это было где-то в середине девяностых годов, тогда у нас активно миссионерствовали проповедники западного христианства, в основном разного толка протестанты. Устраивали в спортивных и концертных залах яркие, красочные шоу на библейскую тематику, раздавали бесплатно свои книжечки, иногда и Евангелие (между прочим, в синодальном переводе, спасибо им за это). Тогда разорённая Православная Церковь только-только начинала оправляться от гонений, не было религиозной литературы, мало храмов, но креститься уже шли толпами стар и млад.
На станции метро, где у меня была назначена встреча с кем-то, ко мне подошел совсем молодой человек, хорошо одетый, очень активный, сказал, что хочет со мной поговорить. Я извинился, ответил, что жду малознакомого человека, боюсь пропустить. Он не отставал.
- Вы верующий? Давайте поговорим о Боге.
Говорю ему, что да, верю в Бога, но не считаю удобным рассуждать о Нём в суете дня, в метро, с незнакомым человеком.
- А где же уместно говорить о Нём?.
- Ну, - отвечаю, - прежде всего, в храме.
- В каком же это храме?
- Православном, конечно.
У него появляется на лице снисходительное выражение, как у взрослого дяди, который слышит детские рассуждения о жизни. Говорит мне покровительственным тоном (он почти вдвое моложе меня):
- Так вы православный? Ну, это все плюсквамперфект, давно устарело. Сколько можно слушать поповские сказки. Они о Боге ничего не знают, там живой веры нет, все давно умерло.
- Да как же, - говорю я, - ведь живем мы в православной стране, куда же ходить нам, как не в православный храм?
- Бросьте вы это, - говорит, - приходите лучше к нам. Вот у нас – настоящая жизнь, настоящая вера, живая, современная.
- У вас – это где? - спрашиваю.
- Ну вот, завтра, например, мы собираемся в кинотеатре «Ленинград», зал арендован, приходите, у нас весело, будут умные современные люди, услышите и узнаете много нового и полезного.
Я даже растерялся: как, в кинотеатре? А он продолжает:
- Ваше Православие давно утратило живую связь с Богом. Бог вообще не живет в Церкви, это общеизвестная истина. Я вот вам сейчас в Библии покажу одно место, там об этом ясно сказано…
В руках у него появляется компактный томик Священного писания. Я остановил его.
- Постойте, - говорю, - не надо искать, вы почти убедили меня. Я обязательно приду завтра на ваше собрание, если вы покажете мне в Библии место, где сказано, что Бог живет в кинотеатре «Ленинград»…
Случай забавный, конечно, но какова мораль? Почему с Богом лучше говорить в храме, что плохого в том, чтобы звать людей на общение с Ним в кинотеатры и на стадионы? Да все очень просто: те, кто пытается оторвать нас от Церкви, поступают подобно змию, который соблазнил некогда первых людей отвернуться от Творца, предать Отца Небесного, создавшего, любящего и питающего их. Мы говорим, что сами знаем Бога, что сами можем обращаться к нему, даже и Священное писание без всяких попов читать можем. Но кто из нас, скажите, лично видел Бога, кому Он являлся во плоти, зримо и осязаемо, с кем вёл споры о жизни? Во что бы мы верили, если бы когда-то давным-давно Господь не пришел в мир, не ходил с избранными учениками по земле, не учил людей Божественным истинам, не предал Себя на смерть и не оставил после Своего ухода апостолам своим наказ собирать, просвещать, наставлять и беречь стадо Своё? Кто же, как не Церковь, Господом созданная, через века, гонения, мученическую кровь донесла до нас и Божию правду, и историю, и учение, и Таинства, и Евангелие? И вот, её, сотворившую и продолжающую творить всё это, мы предаём своим «Я сам… Один на один… Без посредников…».
Где они теперь, те, что собирались нас просвещать, приобщать к Богу на стадионах? Сейчас поутихли, не по зубам им оказался наш «дикий» русский народ, в генах, если не в памяти которого накрепко отпечатлелось православие предков. Теперь мы почти все крещены в Православии. И детей крестим. И венчаемся. И когда уж совсем припрёт, бежим в церковь свечки ставить и просить. И часто получаем; и вскоре забываем об этом и снова говорим: «Я сам…».
«Созижду Церковь Мою, и врата ада не одолеют её».
Источник: Вера и Время
|
