22 августа / 4 сентября празднуется память одного из Оптинских преподобных – Исаакия I (Антимонова). Почти полвека он подвизался в монашеском чине, из них 32 года нес тяжелый крест настоятельства. Именно при нем расцвела обитель великих старцев Оптинских, утешителей народных.
Жизнь преподобного Исаакия была полна неустанных трудов, горячей молитвы, сокровенного предстояния пред Господом и глубоко назидательна для нас, современных людей.
Какие же уроки мы могли бы вынести из жития старца?
Воспитание детей в духе христианской любви, ответственности, безукоризненной честности, трудолюбия, милосердия к нуждающимся, усердия к церковным службам и благотворительности – всё это принесло большому купеческому семейству Антимоновых уважение горожан Курска и звание почетных граждан города.
Несмотря на довольно большие средства, детей не баловали, и еще в детстве и юности Иван (таково мирское имя старца) был приучен к самой простой пище, к труду и посту. Промысл Божий готовил Своего избранника к жизни подвижнической, без послабления немощам и страстям. По преданию, еще в юности, становясь на молитву, он полагал по тысяче поклонов, скрывая свои подвиги от домашних. Иван пел на клиросе, строго постился. Жизнь подвижника-монаха была его призванием, недаром Киевский старец Парфений сказал его отцу во время паломнической поездки: «Блаженно чрево, родившее монаха».
Заветное желание уйти в монастырь Ивану пришлось долго откладывать, уступая воле родителя, но Господь вёл Своего избранника, посылая указания на монашеский жребий. Несколько раз расстраивалось сватовство, устраиваемое отцом. Старший брат Ивана уехал в Оптину и стал монахом, к нему и приезжал молодой человек, тоже мечтавший об иноческой жизни.
В Оптиной он был утешен встречей со старцем Львом, который назвал его ласково «Ванюшкой» и предсказал будущее монашество. Так и случилось через семь лет. Со старцем Макарием Иван Иванович вел переписку, и старец даже ходатайствовал перед отцом молодого человека о его уходе в монастырь.
Какие еще уроки мы можем извлечь из жизни преподобного Исаакия? Наверное, можем поучиться его трудолюбию и смирению, ревности, с которой он нес послушания повара и пекаря, убирал покос, копал картошку, рубил капусту, не пренебрегая черной работой. При усердии к внешним трудам не жаловался на усталость и на службы приходил первым, уходил последним, старался хранить безмолвие и держать непрестанную молитву. Сохранял мир со всей братией, чем заслужил всеобщее уважение и любовь.
Можем поучиться неприхотливости и умению обходиться малым: когда его родители, имеющие достаточные средства, привезли сыну меховую шубу, он не стал ее носить, не желая чем-либо отличаться в одежде от самых бедных братий. Если же родные посылали ему деньги, он тут же отдавал их старцу Макарию, избегая попасть в сети страсти сребролюбия.
В 1854 году принял постриг в мантию с именем Исаакия, в 1858 году стал иеромонахом и усилил ревность к монашескому подвигу. Его высокий нравственный облик и духовные дары уже были столь заметны окружающим, что старец Макарий ходатайствовал перед митрополитом Филаретом о будущем настоятельстве отца Исаакия. Настоятелем он стал спустя два года после смерти преподобного Макария – в 1862 году, когда почил о Господе прежний настоятель старец Моисей.
При преподобном Исаакии велось большое строительство, украшались и расширялись храмы. Сам же в быту он был аскетичен и нестяжателен, считал излишнюю заботу о теле недостойной монашеского образа жизни и допускал лишь удовлетворение действительной потребности и нужды братии в одеянии и пище, избегая каких-либо излишеств или прихотливости.
В одежде старец не отличался от прочей братии. Простой поношенный подрясник для кельи, простая ряса и мантия для выхода в храм были обычным его одеянием. Сам обслуживал себя, вплоть до мелочей; так, он сам чинил себе носки. Всегда ходил вместе с братией в общую трапезу, хотя мог иметь отдельный лучший стол в силу своего положения. Посты соблюдал очень строго. Кроме общего благотворения нищим от обители преподобный Исаакий и сам от себя раздавал щедрую милостыню, стараясь всячески утаить свое доброе дело.
Преподобный много заботился о внутреннем устроении братии, о монашеском делании и откровении помыслов старцам, сам относился с великим уважением и сыновней любовью к великому Оптинскому старцу преподобному Амвросию. «Отцы и братия! Нужно ходить к старцу для очищения совести», – часто повторял отец Исаакий. Он благоговейно, почти до умаления себя, ждал со всеми очереди к своему духовнику – преподобному Амвросию – и беседовал с ним, стоя на коленях, как простой послушник.
К наградам и повышениям старец относился равнодушно и даже уклонялся от них. Так, он отказался по своему смирению от сана архимандрита в 1870-е годы и стал архимандритом уже только в 1885 году, и то в сан старца возвели без его предварительного согласия, чтобы он не смог отказаться.
Учил смирению и кротости братию, наставлял не искать самому пострига или рукоположения, вразумляя иноков из собственного опыта, что человек, не желающий почестей, скорее получит их, нежели гонящийся за ними.
Монастырская братия питала к преподобному Исаакию нелицемерную любовь и уважение как к строгому, но любящему отцу, называя его в домашних беседах не иначе как «дедушкой». Иноки верили в благодатную силу молитв своего наставника и, поговорив в скорби с преподобным Исаакием, выходили от него утешенными и успокоенными.
Последним наставлением уходящего в вечную жизнь старца были слова: «Любите Бога и ближних, любите Церковь Божию; в службе церковной, в молитве ищите благ не земных, а небесных…»
ПРЕПОДОБНЕ ОТЧЕ ИСААКИЕ, МОЛИ БОГА О НАС, ГРЕШНЫХ!
|
