 Отец Николай, особенность вашего храма в том, что он является домовым храмом Третьяковской галереи. Как это отражается на жизни прихода?
Наш храм функционирует как домовый храм галереи, как один из залов галереи. На жизни прихода это отражается так, что у нас очень строгий регламент открытия и закрытия храма. Мы не имеем права открыть храм без разрешения дирекции в любое удобное для нас время. Хотя это всегда можно, милостию Божией, согласовать с администрацией и поэтому храм действует, как наш приходской храм и мы имеем право служить два раза в году ночью, это на Пасху и Рождество Христово. А так, все остальные требы исполняем как в любом другом храме, по-необходимости. Там и крещение, и венчание, и соборование, все это проходит.
Прихожане – это, в основном, сотрудники галереи или те, кто со мной был знаком, или знали меня по предыдущим приходам: с Ваганьково, с патриархии. Вход всех на службу абсолютно свободный, а во время экспозиции, в 12 часов, люди могут зайти в храм, купив билет в галерею. Но подойти к иконам и помолиться можно в любое время.
Можно ли сказать, что ваш храм является как бы связующим звеном между миром веры и миром искусства?
Можно! Как раз мир веры и мир искусства соприкасаются в храме как в иконописи, так и в церковных песнопениях. Так хор храма является одним из лучших в Москве. Он поддерживает традицию синодального пения. Мир искусства представлен произведениями лучших композиторов, таких как Рахманинов, Чайковский, Турчанинов, все это исполняется в храме. В то же время, в нашем храме хранятся великие святыни, такие как Владимирская, Донская и ряд других . Все это соединено вместе в Божественной литургии образует единое целое.
Пора обучения в духовных школах, это пора накопления знаний, интеллектуального багажа. Не последняя роль здесь принадлежит московским музеям, в первую очередь Третьяковской галерее. Как, на ваш взгляд, можно использовать образовательный потенциал галереи в учебном процессе духовных школ.
Его можно использовать как можно больше и лучше. К сожалению, пока этого очень мало. В последнее время, приходят экскурсии один, два раза в году. Приводили, в основном, первый курс. Это в те годы. А в последние годы уже почему-то не приводят. А так, приезжают автобусом, мы согласуем этот вопрос с администрацией. Я сам, или еще кто-то по моей просьбе, проводим экскурсию по храму и по музею.
Для многих это первое посещение великого хранилища живописи, картин, икон, где они могут воочию увидеть произведения Сурикова, Репина, Васнецова, Иванова и т. д. Я бы так построил жизнь студентов, чтобы они свои знания подкрепляли знакомством с сокровищами галереи, которые там есть. Это и иконы и картины на различные сюжеты: Утро стрелецкой казни, Боярыня Морозова... Это же история Церкви, история России. Вот таким бы сотрудничеством я бы рекомендовал заниматься всем нашим студентам. Так мы делаем в нашем Свято-Тихоновском университете, преподаватели читают лекции, и студенты регулярно посещают галерею, где им проводят экскурсию.
Вы являетесь духовником Российской Олимпийской сборной. Как никто другой вы знаете мир спорта. Скажите, какова перспектива использования спорта в интересах Церкви, в ее миссионерской работе. Какие знания необходимы для правильного выстраивания такого сотрудничества.
Я бы не стал связывать спорт с миссионерством напрямую, но опосредованно, это безусловно. Если спортсмены или олимпийский комитет приглашают священника для участия в олимпийских играх, как духовника, то это уже миссионерство. И появление священника, который облачен в священнические одежды и совершает на территории другого государства православное богослужение, литургию или другие требы, которые нужны нашим спортсменам – это уже Слово Божие. Оно говорит само за себя и не нуждается в других комментариях. Поэтому, если говорить о прямом миссионерстве, ради миссионерства, то это не так. Мы идем выполнять то послушание, которое помогает нам посеять Слово Божие в тех сердцах, которые об это и не знали. И поэтому плоды этого даются уже после олимпиады.
Закончив олимпиаду, к нам в храм приходят спортсмены, чтобы покрестить своих детей, повенчаться. Они становятся таким образом христианами. Это ответ на вопрос. И олимпиада и то, что Господь, Своею милостию, дает там помолиться, дает сильный миссионерский импульс. Это не миссионерство в прямом таком смысле слова.
Ваши пожелания и рекомендации студентам Московских духовных школ.
Во-первых, чтобы они пребывали во взаимной любви. Чтобы не забывали, что так быстро проходит время учебы, что мы не успеем оглянуться, как надо уже будет защищать диссертацию, выходить из святых стен и идти в мир. И поминать слова Христа, что «Мир во зле лежит, но не бойтесь, Я победил мир», поэтому идя в этот мир, исполненный зла, мы должны нести свет Христовой истины, а начинать нужно с себя.
Я хочу пожелать всем студентам, чтобы они за время в стенах духовных семинарии и академии, хотя бы один раз прочитали Библию. Хотя бы раз прочли ее. Чтобы найти себе духовное руководство среди старцев Лавры, священников Москвы или еще где.
И чтобы они определили цель своей жизни, как выпускника, будь то священник или диакон, или просто работник на ниве Христовой, где-нибудь в любом заведении. Потому что слова «Выпускник духовной академии» – это многому обязывает. Желаю здоровья, любви, веры и помощи Божией.
Благодарю Вас.
|
