Это последнее известное интервью, которое иеромонах Василий (Росляков) дал за несколько дней до Светлого Христова Воскресения 1993 года, когда он и еще два инока — Трофим и Ферапонт — были убиты рукой сатаниста в Оптиной пустыни.
— ОТЕЦ ВАСИЛИЙ, КАК ВЫ ДУМАЕТЕ, ОЖИВЕТ ЛИ ОПТИНА ПУСТЫНЬ, ВОЗРОДИТСЯ ЛИ ОНА?
— Святое Писание говорит нам, что Бог не есть Бог мертвых, но есть Бог живых. У Бога все живы. Мы служим именно такому Богу, Который воскрес и победил воскресением смерть; у Него нет смерти, в Боге нет смерти, она существует только вне Бога. Поэтому вполне естественно, что Оптина жива, для человека верующего даже вопроса такого не существует.
— И СТАРЦЫ ЖИВЫ?
— Конечно.
— ВСЕ-ТАКИ, ДУХОВНОСТЬ РОССИИ — ЧТО ЭТО ТАКОЕ?
— Духовность России — это Христос. Он говорит нам: «Я есмь истина, и путь, и жизнь». А постольку поскольку духовности не может быть вне Христа, для России она одним словом выражается — Христос. Вот и всё.
— МОЖЕТ БЫТЬ, ОТСЮДА И НАША ТРАГЕДИЯ?
— Без сомнения.
— МЫ ПРЕДАНЫ ХРИСТУ, И ПОЭТОМУ НАС ТАК МУЧАЮТ?
— Без сомнения, так. Христос сказал: «В мире скорбны будете, но не бойтесь, Я победил мир». Так что обетования Господни непреложны, и никто никогда их отменить не может. Мы и живем сегодня только по этим обетованиям. Только так.
— Я ПОНИМАЮ, ЧТО ЭТО, НАВЕРНОЕ, НЕЛЬЗЯ СПРАШИВАТЬ, И ВСЁ-ТАКИ, СКАЖИТЕ, НАСКОЛЬКО ЭТО ВОЗМОЖНО, КАКАЯ ВАША ВНУТРЕННЯЯ ЖИЗНЬ?
— Внутренняя жизнь Оптиной — тайна, таинство. Ведь наша Церковь содержит семь Таинств, если Вы знаете. На этих Таинствах зиждется все. И всякое Таинство имеет какую-то внешнюю окраску — совершаются какие-то молитвы, производятся какие-то действия, — но в это время в этом Таинстве действует Сам Христос, невидимо и незримо. Именно Его благодатью совершается само Таинство. Так и внешняя жизнь Оптиной и ее внутренняя жизнь. Вы внешнее видите, а внутреннюю жизнь нельзя рассказать. Опять же: внутренняя жизнь Оптиной пустыни — Сам Христос. Только если мы к Богу приобщаемся, мы можем понять эту внутреннюю жизнь. А по иному она нам никак не откроется. «Аз есмь дверь, — говорит Господь, — аще Мною кто внидет, спасется. И внидет, и изыдет, и пажить обрящет». Вот эта дверь к внутренней духовной жизни Оптиной — Христос.
— И ВСЁ ЭТО НЕСКАЗАННО?
— Несказанно, потому что как рассказать о том, как действует Бог? Это невозможно.
— НО МОЖНО РАССКАЗАТЬ ТО, ЧТО ТЫ ЧУВСТВУЕШЬ, НАПРИМЕР?
— Можно. Возьмите псалмы Давида. Он говорит: «Вкусите и видите, яко благ Господь». Пожалуйста — вкушайте, и увидите. «Кого люблю, — говорит Господь, — того и наказую», «биет же Господь всякаго сына, егоже приемлет». Мы возлюбленные сыны у Бога ради того, что мы содержим истину Православия, Поэтому, естественно, мы и наказываемся, ибо Господь нас особенно любит. Как любой отец, который любит своего сына, без наказания его никогда не оставит. Он наказывает по любви, не по жестокости, понимаете? Мы привыкли к тому, что мы наказываем только с жестокостью. Нам неизвестно такое чувство — любовь, неизвестно, что такое наказание с чувством любви. Господь нас наказывает именно с любовью, ради того, чтобы нас вразумить. Ради этого только нам посылаются какие-то скорби — ради вразумления нашего, чтобы нам познать истину Христову. Вот и всё. Поэтому в этом ничего страшного нет, надо быть всегда готовым ко всем скорбям. И я вас уверяю, что нет такого человека на земле, который бы никогда не скорбел, нет. И то, что у нас так — я считаю, что у нас лучше всех. Мы хороши лишь только потому, что мы православные, если мы православные. Не то, что лучше нас нет, но, если мы содержим Православие, тогда мы хорошие.
— А ПОЧЕМУ ХРИСТОС ВЫБРАЛ НАС?
— Ну, взял и выбрал. Откуда мы знаем Промысл Божий? Когда Он учеников Своих собрал, то сказал им: «Вы думаете, что вы Меня избрали? Нет, но Я вас избрал и поставил служить вас». Почему Господь избрал иудейский народ? Мы не знаем. Почему даровал им святых пророков, Ветхий Завет? Почему Он избрал русский народ и вот так дал ему хранить истину Православия? Мы не ведаем пути Божии, и для нас это закрытая тайна, запечатанная, может быть, даже навсегда. Даже, может быть, после смерти она нам не откроется. Но поскольку этот дар нам дан, мы обязаны его хранить и свято блюсти. А как и почему — это не наше дело.
— ЧТО ТАКОЕ ДЛЯ ВАС СЛУЖБА?
— Мы совершаем службу, службу Богу. Господь говорит: «Вы Мне будете поклоняться и духом, и истиною, на всяком месте». Вот что такое служба — это общение с Богом, разговор. Молитва — это наш разговор с Богом, Ему предстояние, Ему служение. Поэтому это всегда живо, всегда неумирающе, тут жизнь, тут присутствует Сам Христос.
— А ВЫ НЕ УСТАЁТЕ ОТ ЭТОЙ СЛУЖБЫ?
— Ну мы же не ангелы, конечно, устаем. Мы же люди. Но Господь нас укрепляет настолько, насколько Он это считает нужным. Даёт нам и уставать, и потрудиться. Преподобный Исаак Сирский пишет: «Если твоя молитва была без сокрушения сердца и без труда телесного, то считай, что ты помолился по-фарисейски». Так что надо и пот пролить, и тело свое понудить, ну и душу, конечно. Так что это труд. А помните, как говорит старец Силуан: «Молиться за мир — это кровь проливать». Вот такой труд молитвенный. А вот, пожалуйста, возьмите Евангелие — как Господь молился о Чаше: «И пот Его был, как капли крови». Вот какая молитва может быть. Нам она неведома и непонятна, но такая молитва тоже есть.
— ПОЛУЧАЕТСЯ, ЧТОБЫ ДОСТИЧЬ ЧЕГО-ТО, НУЖНО ВСЕГДА ПРОЙТИ ЧЕРЕЗ БОЛЬ?
— Обязательно. Это закон жизни. Его установил Сам Господь. Зачем же Он претерпевал Крест, зачем Он терпел?
— КАЖДЫЙ ЧЕРЕЗ СВОЙ КРЕСТ ДОЛЖЕН ПРОЙТИ, ИНАЧЕ НИЧЕГО НЕ ПОЛУЧИТСЯ ВО ВНУТРЕННЕЙ ЖИЗНИ?
— Никак не получится. «Возьми крест свой и следуй за Мной», — это же Господни слова. Значит, надо обязательно взять крест и с верою идти за Господом. «Отвергнись себя, возьми свой крест и следуй за Мной, и будешь Моим учеником». Вот и весь закон. Но в основном, как учат Святые Отцы, всё то, что исполняет инок, должен исполнять и благочестивый христианин. За исключением, пожалуй, того, что мы даем обет безбрачия. Раньше так и было. По жизни древние христиане мало чем отличались от монахов.
— НО ВАША ЖИЗНЬ ВСЁ РАВНО БОЛЕЕ ВНУТРЕННЯЯ...
— Это не нам судить. Господь Судья — где мы есть. Он знает, чем мы живем, и как мы живем.
— КАК ЖЕ ВАМ ТРУДНО, И ПРОСТО БОЛЬНО!
— «Радуйтеся и веселитеся, яко мзда ваша многа на небесех» и «паки реку — радуйтеся!» Вот какие мы обетования имеем. А Вы говорите — трудно.
— НУ ВСЁ РАВНО ЖЕ, ВАМ ТРУДНО?
— Нам помогает Господь. Поэтому нам легче.
— ОН ВСЕМ ПОМОГАЕТ, А ВАМ ВСЁ РАВНО ТРУДНЕЕ.
— Ведь есть у отца любимые сыновья, да? Вот монахи — это любимые сыновья. Кого Бог больше любит, кому больше помогает? Монахам. Поэтому нам легче. А вот люди, которые отдалены от Бога, они как бы становятся теми блудными сыновьями. Вот тогда им становится трудно. Трудно почему? Потому что Самому Господу труднее им помочь. Понимаете? Вот отчего трудность-то возникает в жизни — когда человек берет на себя что-то и отстраняет от себя Бога, Который помогает ему. Вот мир и несёт все эти скорби, потому что от Бога отошёл, отстранился от Христа, и тащит на себе этот воз непосильный. А мы пришли к Богу, и Господь их Сам за нас несёт и всё делает.
— НО ОПЯТЬ ЖЕ, ЕСЛИ БОЛЕЕ ЛЮБИМЫЕ, ТОГДА И БОЛЬШЕ СТРАДАНИЙ, ХОТЯ ОНИ И ВНЕШНЕ НЕ ВИДНЫ?
— У каждого человека есть боль, у каждого есть страдания. Монахи — это возлюбленные Господни дети. Вот, старцев, пожалуйста, возьмите. Ведь к чему они пришли? — К непрестанной радости. Они у нас были источниками радости. Представьте, что Вы подходите к батюшке Амвросию и говорите: «Батюшка, отец Амвросий, да Вы скорбите, наверное, да?» Глядя на них, таких вопросов не возникало. Это глядя на нас, таких вот немощных, такие вопросы могут возникнуть.
|
