|
Основные акценты в аргументации кассационной жалобы, направленной в Большую палату ЕСПЧ:
1. Правительство Республики Болгарии обжаловало решение Страсбургского суда по делу т.н. альтернативного синода Иннокентия перед Большой палатой ЕСПЧ, т.к. вынесенное решение в части, в которой констатируется нарушение ст. 9, затрагивает существенные моменты в толковании и применении Конвенции, а также существенные проблемы общего характера, в результате чего имеются налицо предпосылки статьи 43 п.2 Европейской конвенции по правам человека (ЕКПЧ).
Решение, обжалованное правительством, находится в противоречии с практикой Суда и в то же время не базируется на фактах по казусу.
2. Правительство считает, что в решении затрагиваются следующие существенные моменты толкования и применения Конвенции:
— возможность оценки Судом по критериям Конвенции фактов и действий государства, произошедших до вхождения в силу ЕКПЧ в Республике Болгарии 7 мая 1992 г.;
— относящиеся к казусу документы, на которые Суд ссылается при обосновании своего решения и, в частности, Устав БПЦ; роль канонического права и его признание со стороны государства при применении ст.9;
— обязанности государства с учетом принципа невмешательства в жизнь религиозных общностей;
— охват оценки Суда, касающейся действий государства;
— применение принципов правовой безопасности, а также правомочий по охране правового и общественного спокойствия;
— использование различных критериев в отношении государств в «переходном» периоде.
3. Решение Суда создает общественное беспокойство в болгарском государстве и болгарском обществе, а также во всем православном мире, т.к. касается вопросов большой общественной значимости, относящихся к канонам Православия. Решение ЕСПЧ затрагивает наиболее существенные проблемы общего характера для всех вероисповеданий и церквей, их существования на основе единого устройства и управления, основанных на канонах.
4. В своей жалобе болгарское правительство поддерживает ранее выраженную позицию, выражающуюся в том, что не было нарушений со стороны государства в отношении прав подателей иска по ст. 9, истолкованной самостоятельно и в связи со ст. 11.
Оценка Суда, касающаяся наличия нарушений со стороны болгарского государства по ст. 9 ЕКПЧ, основывается на полностью ошибочной презумпции, что действия государства предпринимались в условиях существующего разделения в БПЦ.
Суд через свое толкование пытается отрегулировать заново сложившиеся отношения в болгарском обществе, основывающиеся на исторических традициях, каноническом праве и канонической преемственности, затрагивающих устройство БПЦ.
Полностью игнорируются решения Святого расширенного надъюрисдикционного Всеправославного Собора от 1998 г., в которых принимается, что создавшийся в 1992 г. раскол устранен.
Болгарская Православная Церковь — одна и не имеет и не может иметь альтернативных органов руководства. Неправомерные действия подателей иска имеют серьезные юридические и практические последствия, и их цель — непосредственное устранение законного руководства Болгарской Православной Церкви. Неправомерные действия не могут быть основанием для возникновения прав, защищенных Конвенцией, т. к. это противоречит основному правовому принципу — никто не может приобрести права от своего противоправного поведения. Этот принцип, известный еще в римском праве, который включает в себя также принцип nemo dat quod non habet.
5. В противоречии с принципами ст.9 Конвенции и с установленной судебной практикой решение Суда блокирует любую возможность государства осуществлять какие бы то ни было действия по защите религиозных прав граждан на основании своего национального законодательства — Закона о вероисповеданиях от 2002 г. и через действия своих органов — прокуратуру и МВР.
В конкретном казусе государство не совершила правонарушений, т.к. оно приняло ex lege в качестве законного представителя орган БПЦ, сформированный по канонам Православия, и своими действиями защитило легитимные интересы.
Действия государства были пропорциональны преследуемой законосообразной цели и причины, на которые ссылались национальные власти, являются релевантными и достаточными — правовая безопасность и сохранение правового и общественного мира. Правовая система любого государства должна создавать одинаковые условия гражданам для реализации ими своих религиозных прав. В то же время оно должно создавать и условия соблюдения всех остальных законов. В связи с этим государственные органы, действовавшие в 2004 г., имели законное основание при реальной необходимости упражнять свои правомочия при наличии конкретных требований — в случае от БПЦ — для охраны ее собственности от лиц, которых Церковь не считает принадлежащими к ней. Правительство подчеркивает, что прокуратура согласно ст. 127 Конституции Республики Болгарии наделена правами следить за соблюдением законов в стране. Прокуратура была обязана после того, как надлежащим образом была поставлена в известность жалобой Священного Синода, подписанной Патриархом Максимом (прилагается), предпринять необходимые действия по пресечению нарушений закона.
6. В нарушение правил Суда дана оценка событий, произошедших до вступления в силу Конвенции в Болгарии, что привело к неточным политическим оценкам и к недопустимой политизации самого решения. Суд проигнорировал и принцип состязательности в судопроизводстве. ЕСПЧ не комментирует, соответствует ли «организация-податель иска» каноническому праву или действующему законодательству, а предполагает ее легитимность и таким образом недопустимо вмешивается во внутреннее устройство общественных отношений, связанных с БПЦ на конституционном и законодательном уровне.
7. Допущение и применение дискриминационного подхода Суда к оценке дела и противоречие с его уже установленной практикой по сходным делам ставит серьезные вопросы, касающиеся принципа применения одинаковых стандартов по отношению к религиозным общностям в странах-членах Совета Европы, и может создать условия для серьезного и недопустимого конфликта при толковании и применении предписаний Конвенции. В аргументации обжалования используются и вышеуказанные решения Суда по соотносимым казусам.
|
