 «Для православного богословия в этом вопросе принципиально лишь одно, что Бог является Творцом и Законодателем нашего бытия. А как именно Господь творил мир – это вопрос неуместный, и даже греховный для богословия, ибо тем самым человек пытается проникнуть в разум Божий. Очень хорошие слова о действиях Бога в мире произносятся в каноне преподобного Андрея Критского: «Идеже бо хощет Бог, побеждается естества чин». В переводе это звучит так: «где хочет Бог – там побеждаются законы природы», – сказал известный богослов, профессор Московской Духовной академии Алексей Осипов, рассуждая о возможности совмещения христианского мировоззрения с научным подходом к происхождению мира и человека.
В начале месяца Ватикан провел пятидневную конференцию, посвященную 150-летнему юбилею публикации труда Чарльза Дарвина «Происхождение видов». Тема конференции – совместимость дарвиновской теории и концепции креационизма. Ранее, по сообщению «Российской газеты», ватиканский архиепископ Джанфранко Равази объявил, что теория эволюции «вполне совместима с христианской верой», а католический астроном Джордж Койн призвал верующих отказаться от представлений о Боге как о мировом «конструкторе». По его мнению, Бог только дал толчок развитию мира, а затем только «приглядывал», чтобы все «шло гладко». По стопам Римско-католической церкви пошла и Англиканская. Глава отдела общественных связей Англиканской церкви Малколм Браун в статье по случаю юбилея великого ученого написал: «Чарлз Дарвин, Англиканская церковь приносит вам свои извинения за непонимание и отрицание вашей теории, вызвавшие впоследствии ее непринятие во всем религиозном мире. В идеях Дарвина нет ничего, что бы противоречило учению Христианской Церкви».
Профессор Алексей Осипов считает, что эволюционная концепция может иметь место в христианском богословии при условии, что источником развития мира признается Бог-Творец. Проблема же: «как творил Бог мир» – для христианской религии не имеет никакого значения, так как это чисто научная проблема. «Поэтому у святых отцов можно встретить разные мнения. Так, ряд Отцов говорит, например, что по законам, данным Богом, могла возникнуть жизнь, могло иметь место развитие, могло происходить возникновение одного вида из другого. Однако в научном отношении, гипотеза естественного развития мира и жизни не имеет достаточных оснований, – отметил богослов. «Есть целый ряд серьезных положений, которые ставят под сомнение теорию эволюции, признающую самовозникновение и саморазвитие мира», – сказал он.
«Назову некоторые из них, – продолжил профессор Осипов. – Первое – наука не знает закона, по которому неорганическая материя могла бы организоваться в живую клетку. Поэтому утверждение о возможности возникновения жизни из неживой материи является ничем иным, как простым предположением, не имеющим под собой никаких оснований. Тот, кто это утверждает – есть человек просто веры, но не знания, не науки. Это первое положение крайне важно».
«Второе – вероятность возникновения жизни из случайного сцепления молекул настолько мала, что она просто невероятна, – полагает А. Осипов. – Приводятся совершенно фантастические цифры этой вероятности. Один из биологов дает следующее сравнение: вероятность того, что клетка возникнет самопроизвольно, по меньшей мере, равна вероятности того, что какая-нибудь обезьяна четыреста раз напечатает полный текст Библии без единой ошибки».
Особое затруднение атеистический эволюционизм, по мнению ученого, испытывает в решении вопроса о видообразовании у высших животных и непреодолимые трудности в решении задачи – происхождение человека. «Не меньшую сложность представляет и проблема происхождения двух полов у высших животных», – подчеркнул профессор Московской Духовной академии. «И, наконец, само понятие жизни до настоящего времени, насколько мне известно, выходит за границы научного познания. Жизнь – это не результат соединения определенных материальных элементов. Это нечто принципиально иное. Но что это такое – на этот вопрос наука пока ответа не имеет. Так что проведение в Ватикане пятидневной конференции на тему совместимости дарвиновской теории и концепции креационизма вызывает, по меньшей мере, недоумение. Здесь, думаю, больше политики, нежели богословия», – констатировал богослов.
|
