 - Эту ночь не спал не только наш старший брат Николай, но и я тоже, - устало улыбается Елена Михайловна. - Мы все очень переживали за Владыку. Молились, чтобы Господь устроил все так, как нужно для Церкви Божией. Напряжение спало, лишь когда объявили имя нового патриарха. Мы поздравили владыку с избранием на Патриарший престол. Его голос звучал очень устало, он тоже почти не спал в ту ночь. Владыка сказал, что берёт на себя этот крест и будет его нести. Это избрание для владыки - очередное служение Церкви. Сегодня он уже в делах, Собор-то продолжается... Разговаривали мы с ним недолго, я ему сказала очень личные слова, сестринские. Мы все за него молимся. Чтобы Господь его укрепил, дал ему здоровья. Ведь на всё воля Божья. А чтобы принять эту волю, надо иметь здоровье.
Миссия
- Владыка Кирилл привык во всем полагаться на Божью волю, - рассказывает его родная сестра Елена Гундяева. - Его ведёт сам Господь...
...Так получилось, что число «27» стало для владыки Кирилла судьбоносной датой. Почти 40 лет назад 22-летний студент Ленинградской духовной академии Владимир Гундяев раз и навсегда определил свой путь, подчеркнув в календарике произвольно выбранную дату - 27 марта 1969 года: «Если до той поры не встречу девушку, с которой буду готов пройти через всю жизнь, то принимаю монашество». И, не встретив любимой, принял постриг...
- Это решение не было какой-то случайностью, - уверена Елена Михайловна. - Его подготовила вся история нашей семьи - и трудная, но прекрасная жизнь нашего папы протоиерея Михаила Гундяева, и трагическая, полная испытаний судьба деда, священника Василия Гундяева... Они пострадали за веру - папа 4 года провел на Колыме, а дед прошел 46 тюрем и 7 ссылок... Именно они открыли для нас - и для владыки Кирилла, и для нашего старшего брата отца Николая - эту дверь служения Господу...
Митрополита Кирилла тоже избрали патриархом 27 числа - в нынешнем январе. Воистину это знак судьбы...
Отец
Михаил Гундяев стал священником в 1947 году.
- Как раз тогда в Ленинграде начался новый этап борьбы с церковью, - вспоминает сестра митрополита Кирилла. - Чтобы одним махом расправиться со священничеством, финансовый комитет придумал неподъемный налог - 120 тысяч рублей. Сравните: тогда машина «Победа» стоила 16 тысяч рублей. Но если священник отказывался от служения, налог списывался... Естественно, ни о каком отказе от служения Богу у папы даже мысли не возникло. Мы продали все, что можно было продать, заняли деньги, и папа заплатил этот налог. Но потом он до конца жизни расплачивался с этими долгами, - с болью говорит Елена Михайловна. - Как мы жили, не понимаю... В детстве я выходила к подъездной двери, а на ручке всегда висела сетка-авоська с продуктами. Их приносили простые прихожане - люди очень скромного достатка. Чаще всего в ней была селедка и булка хлеба.
Помню, как инспекторы приходили описывать имущество за долги. Было страшно: мне шесть лет, я гуляю во дворе, а мне кричат: «Ленка, к вам идут!» Приходила бесцветная женщина в вязаной шапочке в очередной раз описывать имущество. Я мчалась наверх, взлетая на пятый этаж, чтоб мама только была готовой к тому, чтобы открыть дверь этим людям, а описывать уже было совершенно нечего. Книги, слава Богу, не описывали. Что у нас оставалось - только библиотека...
Но при всей бедности мама всегда нас поила чаем из чашечек с блюдечками. Несмотря ни на что! Она нас воспитывала, что даже в трудные годы человек не должен терять облика и подобия Божьего. Это осталось на всю жизнь. Беда приходит, и ее надо пережить, не потеряв внутренний мир. Тогда ты вынесешь любое несчастье. А бед у нас было много.
Педсоветы
Дар проповедника, которым владыка Кирилл известен миллионам людей, закладывался еще в детстве. 13-летнего Володю Гундяева закалили... педсоветы.
- Во время хрущевских гонений папу, как очень яркого проповедника, сослали служить в захолустное Красное Село, - рассказывает Елена Михайловна. - Нам выделили половину старого дома, с мышами и инеем по углам. Тогда наш старший брат Николай поступил в семинарию, а мы с Володей поехали жить с родителями в этот дом. И в школе у нас начались очень большие проблемы. Все знали, что мы поповские дети, не идем в пионеры по принципиальным соображениям. И нас сразу принялись «обрабатывать» - мне предлагали стать председателем совета дружины, поехать в пионерлагерь «Орленок» - только вступи! Мой отказ сказывался на оценках... У владыки Кирилла совсем была жуткая ситуация. Его, 13-летнего мальчишку, вызывали на педсовет и начинали прорабатывать. Им очень хотелось его перевоспитать и во всеуслышанье заявить об этом: мол, «детей такого попа мы переделали»! Представьте, в учительской собирался весь педагогический коллектив - от завучей до старшего пионервожатого. И начиналось: «Откуда все взялось?», «Почему вы верите в Бога?» Владыку пытались загнать в тупик. А поскольку папа с нами занимался Законом Божьим с детства, Володя, еще будучи маленьким мальчиком, мог оперировать такими текстами, которых люди вообще не знали, и он побеждал! И я помню, какой после педсоветов он приходил домой довольный! Рассказывал родителям об этих диспутах, и они сыном гордились. Педсоветы и закалили владыку, научив мгновенной реакции и искусству дискуссии...
Время
Владимир Гундяев закончил семинарию и академию меньше чем за 4 года - вдвое быстрее, чем его сокурсники.
- А знаете, как он учился? - говорит Елена Михайловна. - Ложился он в 24.00, а вставал ровно в 4.15. Выпивал чашечку кофе, через два часа - вторую чашечку. В 8 часов я шла в школу, а он уходил в Духовную академию или работал до вечера. И таким образом он сдавал один предмет за четыре дня - только в его случае это были не дни, а сутки. Он считал, что не имеет права тянуть время.
Так же, как его решение не жениться: ведь он не женился не специально, потому что хотел стать монахом, а потому что не получилось: «Всё, значит, я больше не полюблю, а время-то идет, а служить-то надо!»
Икона
- Нашего папу до конца жизни звали отцом Михаилом Смоленским, ведь он начал служить в храме Смоленской иконы Божьей Матери на Смоленском кладбище. И потом, когда его сына, владыку Кирилла, перевели в Смоленск, назначив митрополитом Смоленским и Калининградским, все воскликнули: «Промысел Божий!» И ведь действительно, эта Смоленская икона словно ведет его по жизни.
Елена ЯРОВИКОВА, Елена ЕВСТРАТОВА, Игорь ВАСИЛЬЕВ, Life.ru
29 января 2009 г.
|
