 Над рожью, дождиком примятой,
Стоит денёк почти сквозной.
Орловский ветер пахнет мятой,
Полынью, мёдом, тишиной...
Автор этих строк, уроженка орловской деревни Елена Благинина не сразу поняла, что родилась поэтом.
Дочь багажного кассира на станции Курск-I, внучка священника собиралась стать учительницей. Каждый день, в любую погоду, в самодельных башмаках на верёвочной подошве (время было трудное: двадцатые годы) шла она за семь километров от дома в Курский педагогический институт. Но желание писать оказалось сильнее, и тогда же - в годы студенчества - в альманахе курских поэтов появились первые лирические стихи Елены Александровны.
Потом был Высший литературно-художественный институт в Москве, которым руководил поэт Валерий Брюсов.
В детскую литературу Елена Александровна пришла в начале 30-х годов. Именно тогда на страницах журнала «Мурзилка», где печатались такие поэты, как Маршак, Барто, Михалков, появилось новое имя - Е. Благинина. «Ребята любили и её, и её стихи - замечательные стихи о том, что близко и дорого детям: про ветер, про дождик, про радугу, про берёзки, про яблоки, про сад и огород и, конечно, про самих детей, про их радости и горести», - вспоминает литературовед Е. Таратута, работавшая тогда в библиотеке, где авторы «Мурзилки» выступали перед маленькими читателями.
За журнальными публикациями последовали книги.
В 1936 году почти одновременно вышли поэма «Садко» и сборник «Осень».
Потом было много других книг: Елена Александровна прожила долгую жизнь и работала постоянно. Она писала стихи, искрящиеся юмором, «дразнилки», «считалки», «скороговорки», песенки, сказки. Но больше всего у неё стихов лирических.
Работала она и над переводами, знакомила ребят с поэзией Тараса Шевченко, Марии Конопницкой, Юлиана Тувима, Льва Квитко.
Лучшее из всего созданного Еленой Благининой вошло в сборники «Журавушка» (1973, 1983, 1988), «Улетают-улетели» (1983), «Гори-гори ясно!» (1990).
Последний сборник появился, когда Елены Александровны уже не было в живых.
Посидим в тишине
Мама спит, она устала...
Ну и я играть не стала!
Я волчка не завожу,
А уселась и сижу.
Не шумят мои игрушки,
Тихо в комнате пустой,
А по маминой подушке
Луч крадётся золотой.
И сказала я лучу:
- Я тоже двигаться хочу.
Я бы многого хотела:
Вслух читать и мяч катать.
Я бы песенку пропела,
Я б могла похохотать.
Да мало ль я чего хочу!
Но мама спит, и я молчу.
Луч метнулся по стене.
А потом скользнул ко мне.
- Ничего,- шепнул он будто,-
Посидим и в тишине!..
Е. Благинина
|
