- Матушка Ксения, расскажите, кто предложил внесение изменений в законодательство?
- Поправки разрабатывались Министерством образования и науки при участии Русской Православной Церкви. По благословению Патриарха Кирилла была создана специальная рабочая группа, в которую вошли представители учебного комитета, отдела религиозного образования и катехизации, Юридическая служба Патриархии в моем лице. Возглавил эту группу протоиерей Всеволод Чаплин.
Поправки, которые касаются религиозного образования, конечно, были разработаны Министерством в тесном взаимодействии с нами. Внесло это поправки в Думу Правительство РФ. Поэтому утверждать то, что эти поправки предложила только Православная Церковь, несправедливо. Мы лишь приняли участие в разработке.
- В чем суть поправок, какие изменения планируются?
- Предполагается дополнить статью 16 «Закона о свободе совести» положением, согласно которому богослужения и религиозные обряды могут проводиться в зданиях религиозного назначения, расположенных на территории как государственных, так и негосударственных образовательных учреждений, либо в помещениях, специально выделяемых по просьбе учащихся или их родителей.
Как видим, поправка по существу из двух частей. В первой части говорится о том, что здания религиозного назначения, фактически построенные на территориях образовательных учреждений в дореволюционный период, должны использоваться по их прямому назначению. Речь идет, допустим, о таком случае, как храм великомученицы Татианы на территории МГУ – он действует, там создано патриаршее подворье. Но у нас есть немало вузов и даже школ, где до сих пор храмы закрыты, а руководство ссылается на светский характер образования. Однако, напомню, что принцип светского характера образования, закрепленный в двух законах – «О свободе совести» и «Об образовании» – не расшифрован, не раскрыт. Его правовое содержание не определено ни законом, ни конституционным судом. Соответственно, говорить о том, что храм на территории школы нарушает этот принцип, нельзя. Потому что запрета на существование зданий религиозного назначения на территориях школ наше законодательство не предусматривает.
Вторая часть поправки предусматривает возможность выделения помещения администрацией образовательных учреждений для проведения богослужений. Эта часть активно обсуждается в СМИ, однако, эта поправка возникла не на пустом месте. В 2007 году Европейский суд по правам человека принял решение по делу «Кузнецов и другие против Российской Федерации». В нем буквально сказано, что помещения государственных и муниципальных образовательных учреждений могут быть использованы для проведения религиозных обрядов, если религиозные обряды проводятся во внеучебное время, не препятствуют образовательному процессу и не подразумевают вовлечение учащихся и педагогов в религиозные объединения. Решение суда инициировала протестантская конфессия.
Европейский суд, что важно, дал правовую оценку запрету на создание религиозных структур в школах. Статья 1 «Закона об образовании» предусматривает такой запрет. Речь идет о том, что нельзя создать приход во главе с директором школы, чтобы приходской совет состоял из педагогов и учащихся. Нельзя использовать площадку государственной школы для создания объединения из учащихся и педагогов. При этом участие и тех и других в религиозных обрядах вполне возможно, но они не должны входить в органы управления религиозного объединения.
- А как же храм великомученицы Татианы при МГУ? Разве там студенты не составляют приход?
- Студенты там молятся, но в состав органов управления они не входят. Это патриаршее подворье, там даже нет приходского собрания, приходского совета. Там есть настоятель и его помощник, Патриарх является высшим органом управления.
- Что говорит закон о молитвенных комнатах и храмах, которые сегодня активно создаются при больницах и тюрьмах?
- На сегодняшний день наш «Закон о свободе совести», та же статья 16 предусматривает создание таких молитвенных комнат в государственных больницах, детских домах, домах для инвалидов и в тюрьмах – все эти учреждения перечислены в статье 16. Не совсем понятно, почему мы не можем создать молитвенную комнату в образовательном учреждении. Возможно, эта практика встретит какие-то сложности, не сразу сформируется, но мне кажется, что такое право можно предусмотреть, и мне кажется, что оно не противоречит принципу светскости образования и упомянутому запрету.
- Как относятся к нововведениям священники, православная общественность, представители иных конфессий?
- Что касается резкой критики этого нововведения, то я не встречала ее. У нас был круглый стол и парламентские слушания по этому поводу. На слушаниях вообще никто не критиковал эту статью, хотя там был представлен весь цвет педагогической мысли, ученой мысли. На круглом столе в Госдуме, куда были приглашены представители конфессий, единственным человеком, который высказал критику по этому поводу и потом в СМИ эту тему передал, стал управляющий делами председателя Российского объединенного союза христиан веры евангельской, пастор Константин Бендас.
Но я хочу напомнить, что вообще Межрелигиозный Совет России еще в прошлом году опубликовал заявление, в котором он эту поправку, наряду с другими, поддержал. Заявление опубликовано, и там отмечено, что эта поправка тоже поддерживается. Поэтому говорить о том, что возникнут какие-то межконфессиональные разногласия, и другие конфессии не поддержат эту поправку, я считаю безосновательным, потому что они уже ее поддержали. Правда, протестанты в этот совет не входят, туда входят только католики, представители двух формирований еврейских общин России и два духовных управления мусульман.
Я была на заседании Межрелигиозного совета, которое как раз проходило на территории одного из духовных управлений мусульман, и их духовные лидеры все поддержали. И официально подписывали это заявление первые лица. На мой взгляд, нужно отличать частные мнения от официальной позиции. У нас в Церкви тоже ведь могут быть разные мнения.
|
