 Священномученик Николай родился 14 мая 1878 года в селе Кунцево Московской губернии в семье священника Лавра Дмитрова, болгарина по происхождению.
В 1900 году он окончил Московскую Духовную семинарию и стал работать учителем в селе Кунцево.
В 1909 году в храме Христа Спасителя в Москве он был рукоположен в сан священника к церкви села Завидова Тверской епархии, куда и отправился служить и где терпеливо нес крест пастырского служения до самой мученической кончины.
В селе Завидове до революции было два храма - зимний и летний, с престолами Троицы, Успения и пророка Илии. Причт храма составляли два священника, диакон и два псаломщика. В приход входили село Завидово, в котором было несколько сотен дворов, и окружающие его деревни, некоторые из них отстояли от храма на двадцать пять километров.
В начале ХХ века в Завидове служил священник Николай Розанов. В 1900-х годах он тяжело заболел, его разбил паралич, и приход остался без второго священника. Старшая его дочь, Екатерина, училась в то время в гимназии, где преподавательницей была двоюродная сестра Николая Дмитрова. Зная о намерении Николая принять сан священника и о том, что отец Екатерины безнадёжно болен, она познакомила их. Екатерина Николаевна дала согласие на брак, но попросила отложить венчание на год, так как мечтала стать учительницей, а для этого надо было окончить гимназию. Венчание их состоялось в 1908 году.
Прихожане, узнав священника поближе, полюбили его за доброту, отзывчивость, безупречное исполнение пастырских обязанностей. В любую погоду, уже когда при безбожной власти у него не стало лошади, он шёл пешком в дальнюю деревню за двадцать пять километров причастить больного.
У отца Николая с супругой родилось четверо детей, которых священник старался воспитывать в любви к Богу, к Церкви, учил их поститься, с любовью и терпением относиться ко всем.
Кроме священнических обязанностей, отцу Николаю приходилось исполнять и крестьянские работы, на которые он всегда брал детей, особенно на покосы. Они выходили косить рано утром, и часто бывало, что отец Николай, завидев в поле одинокую старушку, говорил:
«Давайте, ребята, поможем ей. Она не управится».
И они шли и помогали нуждающемуся человеку.
В селе Завидове многие крестьяне беззаветно любили отца Николая и почитали его за простоту в общении, за то, что он, сам будучи небогат и имея большую семью, никогда никому не отказывал в помощи, и если не имел возможности помочь деньгами, то помогал сам в крестьянской работе или в починке дома.
Когда приходили нищие, отец Николай всегда принимал их и усаживал за стол. Эту любовь к нищим усвоили и дети, и, бывало, завидев нищего, они брали что-нибудь из дома и бежали, чтобы подать ему. А отец Николай говорил:
«Что ж, можно было и больше подать, ещё что-нибудь взять».
Во время послереволюционных гонений отцу Николаю пришлось продать дом и купить хибару, чтобы на вырученные деньги поддержать семью и расплатиться с властями, которые каждый год требовали от него уплаты все больших и больших налогов.
Уважение и любовь к священнику среди завидовских прихожан были столь велики, что власти не решились прибегать к аресту, но пытались уговорить священника оставить служение в храме и отказаться от сана. В обмен они обещали отменить непосильные налоги. Продолжались эти уговоры в течение нескольких лет, но исповедник в ответ говорил всегда одно и то же:
«Никогда не уйду из храма и не сниму сана».
В 1930 году власти арестовали второго завидовского священника, протоиерея Григория Раевского, и потребовали от отца Николая лжесвидетельства против собрата, но он отказался, сказав:
- Священник Григорий Григорьевич Раевский ничего против советской власти не проявлял.
- За что же он подвергался аресту? - спросил следователь.
- Аресту он подвергался Клинскими органами, просидел он шестьдесят два дня; возвратившись, за что сидел, не сказал. Больше мне ничего о нем не известно. Какие еще слова он говорил в проповедях, кроме хороших, мне неизвестно, - ответил отец Николай.
В 1932 году власти потребовали от отца Николая, чтобы он за три месяца напилил и сдал сто пятьдесят кубометров дров. Его дети к этому времени разъехались, помочь было некому, и пожилой священник не в силах был в одиночку выполнить это задание, а за неисполнение ему грозило тюремное заключение. Отец Николай написал жалобу, чтобы задание было отменено, местные власти отказали, но уменьшили норму вдвое.
В конце концов, поскольку священник не соглашался снять сан, а власти требовали уплаты все больших налогов, наступило время, когда о. Николай не смог их заплатить, и за это (в качестве предлога) был в 1933 году арестован и приговорён к одному году исправительно-трудового лагеря.
Вернувшись через год к служению в храме, он снова стал подвергаться гонениям с угрозами нового ареста. Так продолжалось до 1937 года, когда был вновь арестован священник Григорий Раевский, а 8 февраля 1938 года власти арестовали отца Николая.
В то время он тяжело, с высокой температурой болел. Арестовывали ночью. Собирала и провожала его супруга Екатерина. Несмотря на болезнь, отец Николай был духовно бодр, уговаривал супругу не унывать, не отступаться от храма и веры, никогда и ни при каких условиях не сдаваться.
На следующий день отец Николай был допрошен.
- Вы арестованы за проводимую вами контрреволюционную деятельность. Признаёте себя в этом виновным? - спросил следователь.
- Виновным себя не признаю, контрреволюционную агитацию я не проводил, - ответил священник.
- Следствию известно, что вы среди населения села Завидова проводили контрреволюционную агитацию. Следствие настаивает на правдивых показаниях.
- Я никогда не выражал недовольства советской властью.
- Скажите, почему же вы, считая себя невиновным, подготовились к аресту, еще в 1930 году собрали чемодан с бельём и другими вещами, что обнаружено у вас при обыске?
- Уже с 30-го года мне было известно, что меня арестуют, ну я и подготовился к аресту, в 1937 году я специально закупил себе нательного белья, так как предполагал, что меня должны арестовать.
- Если вы предполагали, что вас должны арестовать, значит, вы чувствовали себя виновным?
- После того как арестовали псаломщика нашей церкви, мы с матушкой начали закупать нательное белье для меня, на всякий случай.
- Следствие настаивает давать откровенные показания о проводимой вами контрреволюционной деятельности.
- Контрреволюционной деятельностью я не занимался, - ответил священник.
На этом допрос был окончен.
6 марта «тройка» НКВД приговорила протоиерея Николая Дмитрова к расстрелу.
Через два дня, 8 марта 1938 года, священник был расстрелян в Тверской тюрьме и погребен на одном из кладбищ города в братской могиле. Точное место его захоронения осталось неизвестным.
В 1956 году супруга отца Николая подала прошение властям о реабилитации священника, те стали вызывать завидовских крестьян для опросов. Все они перед лицом властей показали, что священник пользовался огромным уважением и любовью крестьян и никакой антигосударственной агитации не проводил.
На основании многочисленных свидетельств, которые давали как люди верующие, так и неверующие, власти в 1956 году признали отца Николая невиновным.
До сего дня среди православных Тверской епархии сохраняется память о жизни и подвиге священномученика.
|
