— Отец Трифон, Вы являетесь руководителем церковного штаба по оказанию помощи пострадавшим от наводнения в Крымске. Сегодня, по прошествии довольно большого времени, что Вы могли бы сказать о проделанной штабом работе и вообще обо всем произошедшем?
— Штаб до сих пор продолжает работать. Но с того времени добавилась трагедия в поселке Новомихайловском Туапсинского района, где нам также приходится по мере сил трудиться — должность руководителя епархиального отдела по социальному служению к тому обязывает.
Церковный штаб в Крымске начал работать, можно сказать, с первых часов трагедии. Местные священники и прихожане приняли самое непосредственное и самое активное участие в спасении людей и святынь храма Казанской иконы Божией Матери. Они помогали также доставлять людей к местам временного пребывания. Что важно отметить, сами пострадав, церковные люди не своими хозяйствами и домами занимались, но пришли на помощь ближним.
При храме св. Архангела Михаила, — он не пострадал, — прямо во дворе начали готовить горячую пищу: первой насущной необходимостью было обеспечить людей, в одночасье оставшихся без крова и пищи, промокших, продрогших и перенесших колоссальный стресс, горячим питанием. Электричества не было, поначалу пришлось использовать печь для топления воска, а уже после, спустя пару дней, у нас появилась военно-полевая кухня.
В Крымск я прибыл седьмого числа, и сначала, увидев реку, еще широкую и полноводную, не мог представить себе, что в спокойном состоянии Адагум — всего лишь речушка, вполне безобидная. Кстати, как мне говорили, ее название переводится как «бешеная». Впоследствии стали воочию понятны масштабы трагедии. Вообще все происходившее напоминало военный эпизод, — Крымск был похож на какой-нибудь прифронтовой город.
— Как была организована работа церковного штаба, хватало ли опыта, дисциплины, кадров?
— Все случилось неожиданно, а реагировать и, что важно, грамотно, следовало очень быстро, оперативно. Опыта не просто не хватало — у нас его практически не было, хотя в октябре 2010 года после наводнения в Туапсинский район и выезжали студенты Екатеринодарской семинарии и прихожане кафедрального собора и других храмов Краснодара.
Подчеркну еще раз, что в работе крымского церковного штаба принимали участие люди, сами пострадавшие в катастрофе, но, несмотря на пережитое, они горели желанием помочь другим. Мы организовали дежурство священников, в которых приняло участие духовенство практически всей епархии, — ежедневно в городе находились пятнадцать-двадцать священников. Посещали больницы, морг, общались с родственниками погибших, оказывали первую медицинскую помощь, молились, отпевали, дежурили при штабе МЧС, развозили воду, пищу и предметы первой необходимости по затопленным улицам городка.
Для оперативности оказания помощи и устранения последствий трагедии город разделили на участки, каждый из которых был вручен заботе определенного муниципального образования края. Надо отметить четкость в организации работы со стороны губернатора края Александра Ткачева, его команды и руководства МЧС. Церковным штабом было налажено соработничество с каждым муниципальным штабом, куда мы направили священников.
Огромную поддержку в нашей работе оказал Синодальный отдел по церковной благотворительности и социальному служению во главе с владыкой епископом Смоленским и Вяземским Пантелеимоном. Его сотрудники, имеющие богатый опыт работы в ЧС, который в нашей ситуации оказался бесценным, по прибытии в Крымск взяли на себя большую часть забот и ответственности. Неоценимую помощь оказал также Синодальный информационный отдел, его руководитель Владимир Легойда. Как Вы помните, Крымск посетили и владыка Пантелеимон и сам Святейший Патриарх Кирилл. Это явилось поддержкой и большим утешением для всех жителей, всех, кто помогал пострадавшим, для сотрудников и добровольцев церковного штаба.
— Приходилось слышать, что власть в данной ситуации действовала недостаточно четко, некоторые пытались целиком возложить на нее ответственность за произошедшее. Какие реальные проблемы, с Вашей точки зрения обнажила данная ситуация, какие выводы можно сделать на будущее?
— Как мы уже сказали, на самом деле власть и, прежде всего краевая, не бездействовала, но работала очень активно. В ситуации же, подобной той, которая имела место в Крымске, всегда можно сказать, что был шанс сделать еще больше. Не надо также забывать, что и среди местных чиновников были реально пострадавшие люди, тем не менее, продолжавшие исполнять свои профессиональные и служебные обязанности.
Хотя, как мы знаем, некоторых чиновников даже арестовали, найдя в их действиях соответствующий состав преступления. Оповещения настоящего не было. Сам был свидетелем отсутствия информации в первые дня два и порожденных этим многих недоумений, слухов и страхов: света нет, телефоны, в том числе и мобильные не работают, телевизор и радио тоже.
Масса людей вечером 7 июля скопилась на окраине города вдоль дороги на возвышенности, опасаясь новой волны подтопления. Потом только догадались с мегафоном разъезжать по улицам и сообщать необходимую информацию: что делать, куда идти, где что можно получить.
Основная масса проблем — духовно-психологические и юридические. При штабе, кроме священников, работали добровольцы: психолог-социолог из Котласа Архангельской области и группа юристов из Москвы, Калининграда, Вологодской области, Краснодара.
Много было проблем, порожденных, так называемым гражданским браком, когда отношения в семьях не зарегистрированы официально. И это становилось ощутимым юридическим препятствием для родителей и их детей в получении государственной помощи. Приходилось доказывать свое родство друг с другом, — соответственно, росло и число бумаг в судах, время получения пособий откладывалось, люди нервничали, обижались, это становилось дополнительным испытанием для людей, переживших ужасную трагедию.
Вот какие последствия породило легкомысленное отношение к значению брачного союза, в наше время, к сожалению, получившее такое широкое распространение.
Что касается технических моментов, то может быть, кому-то даже покажется анахронизмом то, о чем я скажу: в старину при стихийных бедствиях людей оповещал об опасности церковный колокол. Конечно, существуют и должны применяться все доступные современные средства оповещения, но не надо забывать и о том, что есть церковный колокол, и если забили в набат, значит на пороге беда. К сожалению, накануне Крымского наводнения колокол не зазвонил.
— Отче, можно ли видеть особый духовный смысл в случившемся, некое предзнаменование более страшных катастроф?
— Это мы с вами уже сейчас можем, что называется, размышлять, что, да как, да почему. Произошла страшная трагедия, пострадало так или иначе огромное количество людей. Есть жертвы. Безысходное, огромное горе. На этой почве были ведь и самоубийства. А сколько было отчаяния, даже озлобления, уныния. Вот почему первостепеннейшей необходимостью стало тогда сострадание и духовное утешение. Молитва. Непосредственное участие в общем деле спасения, помощи пострадавшим, не оставляют времени для теорий, здесь может быть место только для милосердия, доброты и любви.
Отрадно было видеть отсутствие у людей безразличия к чужой беде, помощь приходила отовсюду, и не только от православных. Большой груз гуманитарной помощи, порядка 200 тонн, нам передали мусульмане Дагестана. Многие люди в Крымске вообще удивлялись, что им оказывают помощь, ее не ждали. Один мужчина, признавшийся, что не очень привык доверять людям, на развалинах своего саманного дома рассказывал, как он был поражен тем, что приехавший на «крутой» машине богатый человек запросто, засучив брюки, принялся с ним вместе разгребать грязевые завалы.
А вот урок из случившегося вынести, видимо, необходимо, и не только о том, как действовать в критических ситуациях, но и как человеку жить вообще и какие ценности могут и должны руководить нашей жизнью.
Звучит как притча история про одного человека, который переехал со своей семьей в Крымск из «горячей точки» — спасся. Построил себе надежный, как он думал, безопасный дом, почти крепость. Очень он старался сделать все правильно по ГОСТам и требованиям: электропроводка, дверь входная, как положено, чтоб наружу открывалась и т.д. Сдал дом комиссии, члены которой даже удивились, потому что никто так не делает. А тот человек хотел жить безопасно. Но когда пошла вода, он и вся его семья погибли, — просто не смогли открыть входную дверь под напором воды.
А в другом случае у одной бабушки вода унесла все имущество, разрушила дом, но сама она и ее сын остались живы. За что славят Бога. «Я всегда молилась Богу, и Господь мне всегда помогал, и без Него — никуда…», — в разговоре подчеркнула она. И таких рассказов о реальной помощи Божией людям в ту трагическую ночь множество. Здесь можно говорить о наличии в жизни таких людей духовной вертикали. А тот несчастный человек, построивший дом-крепость, мыслил, видимо, спасение в горизонтальной плоскости — собственными человеческими силами и опытом, и стал жертвой собственного творения. Подобный духовный урок, мне кажется, дает нам трагедия в Крымске.
— На фоне разгула информационной войны против Русской Православной Церкви, христианства, которую развернули определенные СМИ, делались попытки спекулировать в этих целях крымской катастрофой, и выставить в неблагожелательном свете деятельность церковного штаба. Подводя итог нашему разговору, как можно прокомментировать подобное?
— Действительно, была публикация на Фейсбуке некоего «изобличающего» документа, который, якобы, показывает недобросовестность и даже нечестность в работе штаба. Потом была статья в «Независимой газете», точнее, в ее приложении «НГ-Религии» под названием «Окормлять и распределять», где развивалась тема недобросовестного отношения Церкви к распределению собранных на помощь Крымску средств. Был и комментарий-опровержение пресс-службы Отдела по церковной благотворительности Московской Патриархии, в котором подробно вопрос рассмотрен, и показана вся несостоятельность претензий. А совсем недавно ко мне обратилась журналистка, автор статьи в «НГ-Религии», и просила еще раз прокомментировать ход событий. Ждем публикации. Мне кажется, она это сделала своевременно, поскольку некоторые общественные организации, принимавшие участие в работе церковного штаба, высказывали готовность привлечь редакцию «НГ-Религии» к ответственности за клевету в судебном порядке.
Крымская трагедия объединила все, казалось бы, разрозненное общество в едином порыве сострадания. Тогда ощущалось реальное единение, сплоченность не только на материально-бытийном, но и на духовном уровне. Как было бы важно нам научиться сохранять такое единство, единение и — не только во время чрезвычайных ситуаций.
Беседовал Л. Костаненко
|
