Вера в великое чудо Воскресения пришла ученикам не сразу. Первыми свидетелями были жены-мироносицы. Было еще темно, когда они пришли к пещере в саду Иосифа Аримафейского. Камень, которым был закрыт вход в гроб, оказался отваленным. Пока они были в недоумении, предстал перед ними Ангел и сказал: не бойтесь, ибо знаю, что вы ищете Иисуса распятого; Его нет здесь – Он воскрес, как сказал. Подойдите, посмотрите место, где лежал Господь (Мф. 28:5-6). Чтобы поверить, им было достаточно пустого гроба и слов Ангела. Их чутких и любящих сердец не коснулось сомнение. Когда же они побежали возвестить апостолам, Сам Иисус встретил их и сказал: радуйтесь! И они, приступив, ухватились за ноги Его и поклонились Ему (Мф. 28:9). Апостолы не поверили им (Мк. 16:11).
В тот же день, когда приближался вечер, Иисус открыл великую тайну Своего Воскресения еще двум ученикам (апостолам из 70-ти – Луке и Клеопе), шедшим в Еммаус, отстоявший на 60 стадий (11,5 км) от Иерусалима. Для их веры в Воскресение своего Учителя Иисус привел из Писания все мессианские пророчества (Лк. 24:27). Однако полностью они поверили только после таинства Евхаристии: И когда Он возлежал с ними, то, взяв хлеб, благословил, преломил и подал им. Тогда открылись у них глаза, и они узнали Его. Но Он стал невидим для них (Лк. 24:30-31). Лука и Клеопа в тот же день вернулись в Иерусалим и рассказали апостолам, но те не поверили, как и женам-мироносицам. Поздно вечером Иисус явился апостолам, которые собрались при запертых дверях, опасаясь иудеев. Спаситель прошел затворенными дверями. В этом проявилась особенность преображенного по Воскресении тела Господа. Оно не подчинялось законам физического мира. Иисус мог пройти сквозь вещественные предметы. Учеников охватило смущение, потому что они подумали, что видят дух. Он показал им руки и ноги и ребра Свои (Ин. 20:20). Это было важно не только для того, чтобы убедить их, что Он явился к ним телесно, но для того, чтобы победить их неверие. Господь дает им осязать руки, ноги и ребра. Раны от гвоздей на них убедили их, что это то же самое тело, которое было распято на Кресте.
Событие, которому посвящена Антипасха, было в восьмой день по Воскресении. Апостол Фома отсутствовал при первом явлении Спасителя ученикам. По-видимому, его не было в городе. Апостолы, которых встретил Фома, с радостью возвестили о Воскресении Учителя. Можно предположить, что они рассказали и о том, что Иисус дал им осязать руки, ноги и ребра. Поэтому понятно его желание: если не увижу на руках Его ран от гвоздей, и не вложу перста моего в раны от гвоздей, и не вложу руки моей в ребра Его, не поверю (Ин. 20:25). Неверие апостола Фомы не имеет ничего общего с той затвердевшей невосприимчивостью к чуду Воскресения, которое мы видим у иудейских вождей. Это было вполне естественное желание утвердить веру на явных и очевидных свидетельствах. Воскресший Иисус в восьмой день обновил для апостолов Свое явление, представ перед ними в горнице, двери которой были затворены. На сомнение апостола Фомы Спаситель отвечает его же словами, точно повторяя требование, которое высказывал сам Фома. Это не могло не поразить сомневающегося ученика: подай перст твой сюда и посмотри руки Мои; подай руку твою и вложи в ребра Мои (Ин. 20:27). Именно поэтому, наверно, Фома не воспользовался приглашением Учителя осязать Его руки, ноги и ребра, а тут же поверил и исповедал Иисуса Христа как Бога: Господь мой и Бог мой! (Ин. 20:28). Люди, упорно отрицающие Божество Спасителя мира, обходят это место Евангелия.
Первая неделя по Пасхе называется неделею Новой или неделею Антипасхи (греческое слово «анти» значит «вместо»), т.е. обновление Пасхи. В этот воскресный день Своим новым явлением для всех одиннадцати апостолов Господь повторил и обновил явление, бывшее в первый день по Воскресении. Но так как обновление явления Спасителя было особенно ради апостола Фомы, то восьмой день по Пасхе называется неделею св. Фомы. Непосредственно следуя за Пасхальной седмицей, она завершает наиболее торжественную часть величайшего праздника. Поэтому иногда Фомино воскресение называют восьмым днем Пасхи. Святитель Григорий Богослов пишет: «Древен и с доброю целью установлен закон чтить день обновления, или лучше сказать, с днем обновления чтить новые благодения. Но разве не обновления день был и первый Воскресный день, последовавший за священною и светоносною ночью? Для чего же даешь сие наименование нынешнему дню? То был день спасения, а этот день воспоминания спасения» (Слово 44-е в неделю Новую).
|
