 Две мощные литературные традиции – английская и французская - были в центре внимания участников круглого стола «Во что они верят? Писатели-христиане по обе стороны Ла-Манша», прошедшего 3 июня в культурном центре «Покровские ворота» в Москве.
Руководитель культурного центра Жан-Франсуа Тири, недавно защитивший магистерскую диссертацию по теме «Пасхальность в театре Поля Клоделя», представлял французских авторов; в качестве его оппонента выступил журналист, филолог, переводчик К. Льюиса на русский язык, специалист по английской литературе Николай Эппле. В рамках беседы состоялась презентация книг, выпущенных издательством «Христианская библиотека» -- Франсуа Мориака «Во что я верю?» и переиздания книги Саймона Тагуэлла «Беседы о блаженствах». Директор издательства Вадим Матисов рассказал о книгах, выпущенных ранее.
Ведущий встречи Егор Агафонов отметил, что ХХ в. «дал такое замечательное явление, как писатели-христиане», несмотря на то, что в самом своем начале был веком «прощания с христианством». Е. Агафонов также обратил внимание на «вечный спор», вечное «соперничество» между двумя этими традициями – английской и французской - которые, вместе с тем, находятся во взаимном обогащении и дружбе.
Жан-Франсуа Тири, говоря о французской литературе, указал на исторические обстоятельства, повлиявшие на литературный процесс. Великая французская революция в конце XIX века уничтожает Церковь, монастыри, запрещает монашеские объединения. После революции происходит восстановление монархии, и затем - принятие законов, которые еще больше отделяют государство от Церкви, лишают Церковь любой возможности свидетельствовать в мире. Франко-прусская война 1870 года является для Франции позором, поражением. В такой ситуации «рождаются люди, которые по разным причинам возвращаются в Церковь, и считают своим долгом свидетельствовать о своей вере». Пути у всех разные. Можно сказать, что «христианство возрождается не как структура, не как приходская жизнь, а как это было в первые века», сказал Ж-Ф.Тири.
О влиянии на английских авторов Первой мировой войны рассказал Николай Эппле. Он отметил прямую связь между «потерянным поколением» и творчеством Толкина и Элиота, ссылаясь на одного из исследователей.
«Оказываясь перед лицом реальности Первой мировой войны, они вынуждены конструировать на пепелище некоторый мир, и в этой ситуации, когда почвы под ногами нет, они находят христианство»,
- подчеркнул филолог.
В целом же, по его мнению, «сюжет английский и французский принципиально не отличаются», разве что «в Англии не было такого прощания с Церковью, как это происходило во Франции». Однако, по самоощущению английских христиан, они ведут себя так, как будто находятся в безбожной атеистической среде. И все они переживают важный этап жизни – обращение.
Участники круглого стола задались вопросом: что такое вообще «писатели-христиане» и оправдана ли такая классификация? Важно ли нам знать вероисповедание писателя? Может быть, достаточно знать, хороший он или плохой? По мнению Николая Эппле, писателей, которые находятся на пепелище, которые с определенной христианской позиции говорят что-то важное, которые «производят переворот», можно каким-то образом группировать и описывать.
В числе имен в английской литературе, которые назвал Николай Эппле, - Джон Рональд Толкин, Клайв Стейплз Льюис, Дороти Сэйерс; в этом же ряду находятся Честертон и Макдональд. Ко «второй группе» он относит Элиота, который, безусловно, христианский поэт, переживший обращение, вопрос лишь в том, насколько христианство явилось определяющим для его творчества. Ивлин Во, Грэм Грин - делали серьезный шаг, осознавая себя христианами, и в ситуации английской культуры это было обращением в католичество.
Жан-Франсуа Тири назвал имена французских писателей, у которых были разные пути в Церковь, у каждого «свое обращение»: Поль Клодель, Франсуа Мориак, Жорж Бернанос. Такие авторы как Жорж-Карл Гюисманс, Леон Блуа, Шарль Пеги - несправедливо забыты сегодня, мало переведены на русский язык. По словам Жана-Франсуа, для него «христианские писатели – это как святые, которые оставили след». Не всякий человек святой жизни оставляет след в истории. Одним из самых интересных авторов он считает Шарля Пеги. Еще на одно отличие французской традиции от английской указал Жан-Франсуа Тири: французы, приобретая веру, «начинают бороться и вовлекаться в общественную жизнь. Они не отходят от битвы мира». Они выходят не только на социальные, но и политические проблемы.
У англичан, по словам Николая Эппле, «нет бурления, все гораздо более консервативно и традиционно, Англия на острове, и большая часть перипетий ХХ в. обходит ее стороной». Но жанр апологетики, когда писатель именно как христианин обращается к миру с проповедью, с защитой христианства, возрождается именно в Англии (Честертон, Льюис).
«Я читаю Мориака и вижу эти национальные различия. Он говорит о своем личном опыте, о благодати, о чистоте. Льюис действует иначе. Он выстраивает на пепелище логическую конструкцию, он минимально упоминает собственную историю», - подчеркнул исследователь. Таким образом, подытожил он, с одной стороны - «вовлеченность в политическую жизнь и личный разговор в книгах» и с другой – «отстраненность от общественно-политической жизни и при этом обращенность к читателю с желанием убедить».
Что произошло с той и другой традицией в России в постсоветское время? – задались вопросом участники дискуссии. По мнению Егора Агафонова, ответ очевиден: англичане - апологеты, а здесь была востребована апологетика - книги и эссе Честертона, Льюиса, «то, что подвижнически переводила Н.Л. Трауберг». Книга Ф. Мориака, которая представлена на нынешнем круглом столе, издана в переводе З. Масленниковой, выполненном, вероятно, по просьбе о. Александра Меня.
Присутствовавший на встрече настоятель храма свв. бессребренников Космы и Дамиана в Шубине протоиерей Александр Борисов поблагодарил организаторов, подчеркнув, что в России христианская литературная традиция прервалась по понятным причинам. И две эти традиции – английская и французская - восполнили пробел, который в России образовался в ХХ в.
|
