Широко освещавшееся прессой известие о «прибавлении в семействе» Аллы Пугачевой и Максима Галкина, которым суррогатная мать недавно родила двойню, заставила известных священнослужителей – в частности, главу Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства протоиерея Димитрия Смирнова и известного православного публициста, профессора МДА протодиакона Андрея Кураева - высказаться о суррогатном материнстве.
Напомним, в Основах социальной концепции РПЦ, принятой Архиерейским собором в 2000 году, говорится: «Суррогатное материнство... противоестественно и морально недопустимо даже в тех случаях, когда осуществляется на некоммерческой основе. Эта методика предполагает разрушение глубокой эмоциональной и духовной близости, устанавливающейся между матерью и младенцем уже во время беременности. Суррогатное материнство травмирует как вынашивающую женщину, материнские чувства которой попираются, так и дитя, которое впоследствии может испытывать кризис самосознания».
О. Димитрий и о. Андрей приводят следующие доводы:
- Суррогатное материнство сродни проституции: тело женщины используют для чьего-то удовольствия быть отцом или матерью.
- Суррогатное материнство сродни фашизму или работорговле: человек рассматривается как орудие и средство посторонних ему целей.
- Суррогатное материнство - беспощадная и бессовестная эксплуатация богатыми бедных.
- Суррогатное материнство психологически травмирует и женщину, отдающую рожденного ею ребенка чужим людям, и самого ребенка, который рано или поздно узнает тайну своего рождения.
- Суррогатное материнство – технология, востребованная, в частности, гомосексуалистами: оно дает возможность, не прикасаясь к женщине, стать отцом.
Отец Андрей Кураев пишет: «Если пара с огромным возрастным разрывом, приобретшая через «суррогатное материнство» дитя, придет вдруг его крестить, я считаю, их надо остановить. Эти очень неприятные истории часто прикрывают гомосексуальные шашни наших эстрадных «звезд». Обычно «суррогатных детей» берут гомосексуальные пары, а среди «звездюков» нашей эстрады такая парность часто в порядке вещей. А раз жизненный путь малыша отмечен грехом его родителей-«заказчиков», с ними следует очень серьезно говорить на эту тему. Раз они стоят на пороге церковного Таинства, то для Церкви естественно требовать от них покаяния в этом грехе. Не позировать перед телекамерами, а с большой горечью сказать, что все произошло путем греха, и дать — перед лицом Церкви — обещание, что такого больше не произойдет. Как и рекламы греха. Если же их суррогатные дети будут легко крещены, это будет означать, что они встретились с очередным бессовестным священником, который крайне небрежно относится к исполнению своего пастырского долга. И, на мой взгляд, на это должна будет последовать реакция Патриарха».
«Не следует ли религиозным организациям решительно выступить за запрет этого «бизнеса» в России? Следует ли, на ваш взгляд, в таких случаях отказывать родителям в крещении ребенка?» - с такими вопросами корреспондент Regions.Ru обратился к православным священнослужителям.
***
Протоиерей Александр Пелин, ректор Саранского духовного училища, кандидат богословия, председатель отдела по взаимодействию Церкви и общества Мордовской митрополии, считает, что вопрос довольно сложный.
«Пока еще нет единого соборного решения на этот счет. Есть только отдельные высказывания и предположения. В словах священнослужителей есть доля правды. Только мне кажется не совсем верным отказ в крещении детей. Родился же полноценный человек, - пусть и в грехе, но он-то ни в чем не виноват. Поэтому по поводу крещения детей, рожденных от суррогатной матери, надо бы собрать комиссию и все обсудить. Здесь важный вопрос именно в христианском воспитании, потому что этим должен крестный заниматься. Крещение - не какая-то мантра, которая автоматически освободит человека от скорбей и недугов. Ребенок с самых первых мгновений должен ощущать присутствие Божие. Но что за семья, если она ребенка получила с помощью суррогатного материнства? Если они начали свой пусть с обмана, фальши, - откуда следует, что эти люди воспитают ребенка в вере?» - вопрошает священник.
«Предположим другой вариант: у абсолютно верующих родителей нет детей, и они, не получив благословения, с помощью суррогатной матери получили ребенка на воспитание. Конечно, они согрешили, но они хотели этого ребенка. Так что вопрос сложный с этической и медицинской точки зрения. И в целом, медицинские технологии совершенствуются с каждым годом, будет все больше технологий, которые будут вводить в организм человека. Что со всем этим делать? Человек, который будет напичкан искусственным сердцем, почками, другими органами – он тот же самый человек или другой? Как ко всему этому тоже относиться? Тут надо все внимательно обсудить и взвесить», - заключил отец Александр.
Протоиерей Максим Первозванский, клирик храма Сорока Севастийских мучеников, главный редактор журнала «Наследник», считает, что не следует быть столь категоричным насчет отказа в крещении.
«Дело в том, что церковные правила и существующая церковная практика не вполне совпадают. Конечно, крестить можно только детей воцерковленных родителей, потому что так ребенок будет воспитан в православных традициях. Но на практике мы после двух бесед о церковной вере с будущими крестными родителями допускаем их к крещению, даже подчас не имея свидетельств об их церковной жизни и об отсутствии смертельных грехов, как требуют правила. Что касается суррогатного материнства, тут трактовать по-другому невозможно, и Церковь однозначно высказалась, что это недопустимая биотехнология. Люди, идущие сознательно на этот шаг, знают позицию Церкви, и нельзя даже предположить, что Пугачева с Галкиным не знали об этом - тем более не так давно был скандал с крещением ребенка Киркорова. То есть люди сознательно нарушают правила Церкви. Это, конечно, ставит их вне церковного сообщества, поэтому в данном конкретном случае я даже не знаю, как решать вопрос о крещении их детей. Одно дело, когда грех совершается по неведению, по большому соблазну, без осознания, что это грех. Тут же речь идет о сознательном выборе людей», - продолжил он.
«Думаю, в данном случае вообще вопрос о крещении должен решаться не на уровне священнослужителя. Это как вопрос о венчании второго брака, который находится в ведении епископата. И тут, думаю, ни один священник не должен брать на себя принятие решения - крестить или нет. Это должен решать один из викарных архиереев или даже Патриарх», - заключил о. Максим.
|
