«Я уже не помню, кто с кем сражался, однако, это была постоянная война», — вспоминает он.
В течение многих лет он работал на талибов. Он был фанатичным мусульманином и принадлежал к радикальному исламу. В какой-то момент он не смог больше выносить такую жизнь — страдания, нищету, насилие, боль и смерть. В 23 года он отправился через непроходимые горы в Пакистан, а затем в Иран. Его единственным «паспортом» был общий язык фарси.
Он работал в течение двух лет без документов и, наконец, прибыл на побережье Малой Азии в Турции, которая казалась ему воротами в рай на Западе.
Девять лет назад, зимним вечером, на надувном матрасе, с какими дети играют на пляжах, двумя веслами и четырьмя-пятью бутылками воды, он с другом вышел в море напротив острова Лесбос, который казался очень близким.
«Море было черным как смоль, ночь была безлунной, было очень ветрено. Мы не знали, как плыть. Волны были похожи на горы. Где-то вдалеке мигал красный свет. Лодка в волнах была похожа на ореховую скорлупку. Вскоре я понял, что путешествие к раю не будет ни близким, ни легким.
Около десяти часов мы причалили к обрывистому скалистому берегу. Мы были в отчаянии, потому что не знали, сможем ли подняться на него, настолько он был крутым. Но мы поднялись и вышли к грунтовой дороге.
Вскоре мы встретились с пожилой женщиной в черном, она была в головном уборе — мы подумали, что она мусульманка — и с ребенком. Мой друг говорил немного по-английски, но она нет. Жестами она показала нам путь к асфальтированной дороге и дала несколько монет на автобус, которые, как мы поняли, были всем, что у нее есть.
Мы прибыли в порт и сели на первый паром до Пирея. На выходе нас задержали. Через три месяца в небольшом центре приема для иммигрантов нам дали карту, и мы поехали в Афины. Я выучил греческий и работал в разных местах, пока не нашел постоянную работу в компании, которая занималась солнечными батареями. Они хорошо заплатили мне и написали обо мне в Институт социального страхования, я оформил документы на получение политического убежища. Я работал в этой компании в Афинах в течение шести лет.
Все эти годы я поначалу не входил в церковь, ходил мимо — но что-то тянуло меня туда — и я начал заходить. Я стал более мирным. Когда я хорошо изучил греческий, то захотел знать больше о Христе. Вначале я нашел Новый завет, однако он был на языке, который я не понимал (общий греческий, койне). В конце концов я нашел его и на греческом, и начал читать. Я решил, что хочу стать христианином.
Я покинул Афины, когда компания закрылась и переместилась в провинцию, чтобы организовать рабочие места в селе. Я нашел небольшую квартирку в соседнем городе, в цокольном этаже дома. Рядом с ней есть пляж. Мне очень нравятся пляжи в Греции. Незадолго до Пасхи 2013 года я решил принять крещение».
Вечером в среду, 5 июня 2013 года, в день Преполовения Пятидесятницы на балконе афонской кельи Маруда в Карее, выходящий на скит святого Андрея и бесконечное синее Эгейское море, которое он когда-то пересек за одну ночь, под прекрасным небом и ярким солнцем, Ахмед стал христианином.
Он принял имя Александр.
|
