Архивные документы, связанные с массовыми репрессиями, становятся все менее доступны для исследователей. Из-за ограничения доступа к ним вынуждена была фактически приостановить свою работу Синодальная комиссия РПЦ по канонизации святых.
Об этом сообщил член этой комиссии, ректор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета (ПСТГУ) протоиерей Владимир Воробьёв. Выступая 15 мая 2013 года на презентации книги «Пострадавшие за веру и Церковь Христову. 1917–1937», посвященной новомученикам и исповедникам российским, он сказал: «Мы не можем выявить сейчас все документы, которые необходимы. Раньше можно было это делать, а теперь стало трудно».
О. Владимир пояснил, что сотрудничество с архивом ФСБ продолжается; в частности, одним из плодов этой совместной работы стал выпуск представленного уникального издания. Вместе с тем, исследователи из ПСТГУ ожидали, что по окончании срока давности (50 лет) многие документы, связанные с гонениями на Церковь, будут открыты. «Но такого не происходит: многие документы остаются закрытыми, а некоторые – исчезают», -- сказал священник, имея в виду не только архив ФСБ, но и другие хранилища, например, Государственный архив РФ (ГАРФ).
«Это горестный процесс для нас», -- подтвердила научный сотрудник ПСТГУ Лидия Головкова, составитель альбома «Пострадавшие за веру и Церковь Христову. 1917–1937». Она привела пример: «Я как-то просматривала в ГАРФе толстенное дело В.Ф. Джунковского за 1919-1921 гг. (московский генерал-губернатор, расстрелян в 1937 г. на Бутовском полигоне). А когда заглянула в него через несколько лет, оно было все зашито, лишь несколько листочков остались доступными». Подобные же примеры привели другие участники вечера, имевшие дело с архивами.
С чем могут быть связаны такие ограничения последних лет? «Не очень понятен их смысл, -- сказал о.Владимир. – Вряд ли кто-то из нынешних сотрудников ФСБ солидаризуется с ушедшими событиями. ФСБ – это совсем другое учреждение и, мне кажется, важно было бы подчеркнуть отсутствие преемственности с НКВД. Вероятно, это инерция старых представлений». Ректор ПСТГУ предположил, что власти боятся «разжигания процесса» и «нагнетания истерии», связанных с выступлениями оппозиции на Болотной, и, в частности, того, что архивные документы будут доступны для людей, которые «готовы обрушить действующую власть». «И для этого есть основания: страшно, когда к таким людям попадают такие материалы», -- сказал он.
«Это политика государства, поэтому не может быть претензий к отдельным людям. Можно было бы ходатайствовать в Госдуму или в Правительство, но мы этого делать не будем… Есть евангельское обещание: нет ничего тайного, что не стало бы явным. Но, видимо, время еще не пришло», -- заключил ректор ПСТГУ.
|
