 Никаких аргументов по существу, какой-либо попытки поймать на фактологических неточностях - собственно, к этому пора уже привыкнуть. Эта публика мыслит политкорректными клише. Достаточно обозначить разницу с апробированным образцом, и всем "своим" уже понятно, что человек этот дурной, а мысли его вредные. А здесь не разница, здесь война. "Византийский урок" - это не апология Византии; история вообще не нуждается в апологиях. Это попытка на очень ясном и ярком примере показать, почему рухнула великая и цветущая цивилизация. Историческими преемниками коей мы являемся, и есть очень серьезные основания полагать, что мы являемся историческими преемниками и ее болезней. Собственно, об этом только и речь в фильме. Считать "Гибель империи" отца Тихона гимном Византии можно с тем же основанием, с каким можно считать гибель империи Егора Гайдара гимном СССР.
Надо напомнить, что Византия - это цивилизация с оболганной историей, поскольку вся широкодоступная история ее писалась ее врагами, религиозными конкурентами, теми самыми, кто ее предал и ограбил. Это не значит, безусловно, что настоящая история Византии благостна и безоблачна. Всякая истинная история трагична. Но достаточно сравнить то, что писано по Византии, с тем, что писано об истории современной ей Европы, чтобы понять, кто и зачем это все писал.
Оппоненты раздражаются использованием в фильме современной политической лексики в отношении далекой исторической реальности. Когда блестящий историк эпохи Ивана Грозного и Смуты, Руслан Скрынников, использовал в советские времена современную лексику в своих книгах, у продвинутой интеллигенции это вызывало понимание и восхищение. Вопрос не в лексике, вопрос в идеологии. В вас попали - больно, и вы визжите. Значит, точно попали. Фильм отца Тихона - это, конечно, не строгое историческое исследование, это публицистика, очень точная и очень актуальная. Вопрос вообще в отношении к истории как к науке. Зачем она? Есть мнение, что история - это инструмент изучения действительности, настоящего и будущего, и только затем она нужна. Для дистиллированных либералов истории как процесса вообще не существует, потому что есть абсолютный внеисторический идеал - современная либеральная демократия со своими общечеловеческими принципами, индифферентными культуре, религии, традиции... Недаром Фукуяма придумал даже "Конец истории". То есть человечество еще живо, а история его уже окончилась. Для либерала нет прошлого и будущего, а есть только настоящее, в котором ты жрешь свой гамбургер и реализуешь свое ничем не ограниченное эго. Собственно, это именно то, о чем говорит отец Тихон.
И, наконец, что больше всего обозлило и что на самом деле очень важно. Это произведение, сделанное священником, монахом (да как он смеет, пусть сидит в своей церкви и старушек причащает...). Это воинственное произведение, лишенное монашеской кротости, потому что кротость неуместна в войне с Сатаной. А для автора враг, о котором он говорит, - это именно дух тьмы, и все искушения, о которых он говорит, - "от лукавого". И пусть эта сатанинская свора докажет обратное.
Михаил ЛЕОНТЬЕВ
"Профиль"
25 февраля 2008 г.
|
