 Поженян Григорий Михайлович (20.9.1922, Харьков - 22.09.2005, Москва) - российский поэт.
Отец Поженяна, директор завода, был репрессирован, мать - врач; воспитывала Поженяна бабушка.
В 1939 году он окончил десятилетку и был призван на флот. Прошёл всю войну, служил в разведке, в диверсионном отряде, в морской пехоте, был ранен в обе ноги, в голову и в руку. В Одессе стоит обелиск, на котором среди погибших назван и Поженян: «...Я ранен был./Я был убит под Одессой» (стихотворение «Севастопольская хроника»). «В семнадцать-/ прощание с домом,/в девятнадцать - две тонких нашивки курсанта, / а потом трехчасовая вспышка десанта,-/и сестра в изголовье с бутылочкой брома» (стихотворение «Юность моя»).
В военные годы Поженян начал писать стихи.
В 1946 году поступил в Литературный институт им. М. Горького (окончил в 1952 году), откуда его два раза исключали за поддержку опальных друзей и учителей (П. Антокольского и др.): «мне говорят: замолчи!/А я уже намолчался в разведке» (стихотворение «Зверь не может молчать...»). Большое влияние на творчество поэта, по его словам, оказали П. Антокольский, Ю. Олеша, М. Сведлов.
В «перерывах» между учебой в институте и после его окончания Поженян работал «верхолазом,/котельщиком и моряком» (стихотворение «Высокие гнезда...»), за 7 лет побывал во всех морях.
С 17 лет и на всю жизнь море стало судьбой поэта и главной темой его поэзии: «...Есть у моря такая сила,/что всегда возвращает к морю» (стихотворение «Матрос»).
Уже в 40-е годы поэт посвящает морю немало стихотворений («Два главных цвета», «Все до боли знакомо...», «Крылья», «Возвращение в Одессу», «В рокочущих морях России»), описывая «и соль,/и боль,/и синь морей»: «Я жил, по-своему счастливый,/и, от своих огней горя, / во все приливы / и отливы / я верил все-таки в моря» (стихотворение «Но есть моря...»). Море становится мерилом и средоточием всего мира: «Мне все мерещится прибой», «И солнце тоже в море тонет», и в глазах у нас «синий и спокойный цвет волны» , а на губах «соль морей» . Море и его атрибуты становятся важными художественными средствами создания поэтических образов: «Мы, как нитки в тельняшку,/в нашу жизнь вплетены» (стихотворение «Возвращение в Одессу») - это из сороковых годов.
А вот из 60-х годов: «...И остался один во вселенной... Я последний/на последнем своем берегу» (стихотворение «Погоня»). Или из 70-х годов: «Мы входим в полосу потерь,/как входят в море» (стихотворение «Бор»)...
Первой книгой Поженяна был сборник стихов «Ветер с моря» (М., 1955). Такое же название имеет и первая поэма (1947), а третья называется «Впередсмотрящий» (1953-54). Вторая книга тоже посвящена морю: «Штормовые ночи» (М., 1956). Да и многие поэтические книги Поженяна (из 21 сборника) носят «морское имя»: «Степкино море» (М., 1963), «Великий или Тихий» (М., 1969), «Мачты» (М., 1973), «Тендровская коса» (М., 1977), «Хлеб морей» (М., 1989), «Прощание с морями» (М., 1990). Даже книга статей имеет название с морским оттенком: «Погружение» (М., 1985).
Поэтический мир Поженяна в 50-60-х годах постепенно становится разнообразнее. Поженяна интересует «Связь веков,/распад времен, /воскрешенья, пересуды. / Сообщавшихся сосудов/поэтический закон» (стиховторение «Ну и что же...»). Поэзия Поженяна 70-80-х гг., при прежней её, казалось бы, «несерьёзности», «шутливости» и «игривости» слога, приобретает еще более философский и трагический характер: «Одним - субботы с вербами,/другим - шипы и тернии» (стихотворение «Как слово, что под пытками...»).
Всё чаще на первый план выходит трагический образ лирического героя - одинокого поэта: «Один пришёл, / один уйду,/один спою свой гимн» (стихотворение «Я с детства ненавидел хор...»). И это при том, что Поженян - «поэт дружбы, философ дружбы, его гимны и реквиемы посвящены ей. Он хотел бы стихом своим поднять из могил погибших, вернуть из небытия забытых» (Золотусский И. Достоинство и честь). Считая себя «связным/меж теми, кто живут/и кто мертвы» (стихотворение «Освобожденная вода»), Поженян чаще пишет не гимны, а реквиемы. Ему не даёт покоя «свинцовое наследство/неоттаявшей войны» (стихотворение «Самолеты прежних лет...»), он постоянно думает о тех, кто «смертны давно,/а живы века» (стихотворение «Нет смерти у жизни»).
Бывая в разных странах, поэт и там видит русские могилы, и у него невольно рождается не стих, а стон: «Господи! И здесь они лежат. / Дома им погостов было мало. / Снега им в России не хватало./ И они в чужой земле лежат» (стихотворение «Остров Борнхольм»).
Обращаясь к современности, Поженян постоянно сравнивает ее со своим прошлым, с войной.
Традиционная для русской литературытема поэта и поэзии занимает важное место и в творчестве Поженяна: «Моря стареют,/не стареет слово» (стиховторение «Слово»). Поженян не любит «округлое словцо», «ложно-опальные стихи», он считает, что острое слово должно подкрепляться поступками поэта: «Чем круче поэтам,/тем лучше стихам» (стиховторение «Поэт»).
Своеобразно звучат в поэзии Поженяна вечные мотивы любви и смерти: «Двум безднам не слиться в одну.../ И пеплы влюбленных сердец/сойдутся в единой горсти» (стихотворение «Невольники встречной любви...»).
Поженян написал около 50 песен, многие из которых стали популярными (например, «Два берега», «Песня о друге», «На Мамаевом кургане»), выпустил 4 пластинки песен и стихов, участвовал в создании 4 кинофильмов, подготовил к изданию стихи 21 поэта («Поэты в раю не рождаются»), вместе с О. Горчаковым написал детектив «Карьера агента ЦРУ 0014...».
В последние годы Поженян пишет роман «И вот я вышел в город без левой руки...».
Григорий Поженян - лауреат Государственной премии России (1995).
Если радость на всех одна,
На всех и беда одна.
Море встает - за волной волна,
А за спиной – спина.
Здесь, у самой кромки бортов,
Друга прикроет друг.
Друг всегда уступить готов
Место в шлюпке и круг.
Друга не надо просить ни о чем,
С ним не страшна беда.
Друг мой – третье мое плечо –
Будет со мной всегда.
Ну, а случится, что он влюблен,
А я на его пути,
Уйду с дороги – таков закон:
Третий должен уйти.
1961 год
|
