«Нужна и имеет право на жизнь дискуссия и по поводу Маркеса, и по поводу Набокова, и по поводу Толстого, и по поводу Островского, и по поводу Пушкина, дискуссия, которая давала бы нравственную оценку тем литературным героям, которые описаны в их произведениях, и самим произведениям», - сказал глава синодального Отдела по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин в эфире передачи «Комментарий недели» на телеканале «Союз».
По его словам, некоторые из критиков «договорились до того», что художник живет по особым законам, территория искусства, в частности, территория литературы не подвержена никакой регламентации со стороны общества, «потому что общество может только благоговейно и молчаливо признать за художником или писателем право говорить все, что угодно».
Отец Всеволод напомнил, что недавно возникла дискуссия, вызванная его высказыванием в одном из интервью. После того, как священник сказал о пропаганде педофилии в работах одного ученого, интервьюер попросил его оценить такие романы, как «Лолита» и «Сто лет одиночества», и задал вопрос о том, стоит ли и их оценивать с точки зрения пропаганды педофилии. На это отец Всеволод сказал: «Давайте подумаем об этом».
Он убежден, что общество и отдельные его представители, в частности, священнослужители имеют право поставить вопрос: «Кому полезно читать такие романы? Полезно ли государству распространять их через систему школьного образования или через систему государственных библиотек? Нет ли нравственной и правовой проблемы в том, что эти романы издаются за государственный счет, в том числе за счет налогоплательщиков, которые могут радикально не соглашаться с тем, что описано в этих романах?»
По словам священнослужителя, псевдокультура, которая стоит за пропагандой даже не самих этих романов, «а скорее имиджей, которые с ними связаны, сегодня все больше и больше проникает в мозги и души людей с очень простым посланием: в половой жизни можно все: отношения между взрослым мужчиной и мальчиком, отношения между взрослой женщиной и девочкой, любые так называемые формы новых видов семьи и вообще всякий разврат, который только можно себе представить, вплоть до инцеста, скотоложества и так далее».
Он напомнил, что в Европе, а отчасти и в России периода предреволюционных нестроений постепенно пробивало себе дорогу представление «о нормальности нарушения Божия закона в области семейной и личной жизни, и лучше всего это оправдание пробивало себе дорогу через литературу, отдельные примеры которой, отдельные герои, отдельные образы тут же подхватывались, в том числе и через школьное образование».
«Сначала в так называемой русской классической литературе появилось оправдание супружеских измен. Вспомним целый ряд романов, которые романтизировали супружеские измены и связанные с этим беззаконные аморальные отношения. Потом стала пропагандироваться свободная любовь, потом инцест и педофилия, и так постепенно некоторые литературные герои, которые на самом деле почти всегда плохо кончали, воспевались в том числе, как я еще раз хотел бы подчеркнуть, в школьной системе образования», - отметил священник.
|
