Тех, кого признавали врагами народа, раскулачивали и ссылали в Сибирь. В прошлом веке это коснулось сотен тысяч жителей Кубани.
Вернулись назад немногие: кто-то погиб от голода, других расстреляли.
Все данные о репрессированных долгое время были засекречены. И лишь сейчас стало возможным пролить на них свет.
О своем дедушке Наталья много слышала в детстве. Бабушка рассказывала, что он был заботливым мужем и честным тружеником. В 30-х годах их многодетную семью выслали, посчитав кулаками. Советская власть углядела зажиточность в простом стремлении выжить.
— Там была одна лошадка, одна арба и больше ничего. В семье было четверо детей, был огород, который помогал выжить. Не нашли ни одного колоска зерна, вот что обидно, — говорит Наталья Скрипко.
С клеймом «репрессированные» семья вернулась на Кубань в 40-х уже без деда.
Что стало с ним в ссылке, бабушка никогда не говорила.
Обратившись в рассекреченные архивы ГУВД и ФСБ, уже правнучка Трофима Скрипко, Инна узнала всю правду.
По ее словам, дед был расстрелян за контрреволюционную агитацию 14 сентября 1937 года.
Их прабабушка просто боялась рассказать, что деда расстреляли. О том, что в 1962 году он был, реабилитирован женщина не знала.
Такие люди как бабушка Натальи жили с клеймом репрессированных всю жизнь, не зная, что в документах власть давно признала свои вердикты ошибочными. Более того, им всем была положена компенсация и льготы.
Наталья очень сожалеет, что бабушка так и не узнала всей правды о реабилитации деда. И таких как она были тысячи.
Сейчас в архивы уже обратились 186 тысяч кубанцев, чтобы пролить свет на судьбу своих предков. И неизвестно, сколько всего таят в себе эти кипы дел на полках, с которых наконец-то сняли гриф «секретно».
|
