 Прежде всего, владыка Иларион указал на принципиальное различие между западным, протестантским и восточным, православным восприятием богослужения: «Православный обряд – это составная часть всего мироощущения православного человека и Православной Церкви. Некоторые протестантские храмы на Западе лишены христианской символики – там нет ни икон, ни крестов. И богослужение, соответственно, почти лишено обрядовой стороны: люди исполняют гимны, псалмы, священник говорит проповедь, играет орган и после этого все расходятся. В Православной Церкви совершенно иное восприятие богослужения: для нас это, прежде всего, приобщение к горнему миру. Мы верим, что совершаемое нами на земле богослужение – лишь часть таинственной Божественной мистерии, непрестанно происходящей на небе, в которой можем участвовать и мы. В ходе Божественной литургии возносятся молитвы, когда священник входит в алтарь и обращается к Богу: «Сотвори со входом нашим входу святых ангелов быти», то есть ангелы вместе со священником входят в алтарь. Всё наше богослужение, подобно иконе, имеет глубокий символический характер. Отсюда появляются различные обряды, то, что можно назвать «хореографией богослужения»: поклоны священства и диаконов, каждение. Это некий синтез искусств, куда также включается храмовая роспись, иконы и церковное пение».
На вопрос о том, в какой степени церковный обряд может быть приближен к реальной жизни с целью сделать его более доступным для понимания современными людьми, архипастырь ответил: «Обрядовая сторона жизни Церкви всегда развивалась и продолжает развиваться. Богослужение, совершаемое сегодня, совсем не то, которое совершалось в VI или XII веке в Византии. Многое осталось неизменным – например, тексты молитв, в частности, Литургии (сегодня миряне не слышат эти молитвы, они читаются священником в алтаре). Но многое постепенно менялось: богослужение живет своей жизнью и внутри него происходит некое развитие».
«Обрядовая жизнь Церкви похожа на жизнь человека: в ней все должно происходить естественно. Какие-то обряды со временем могут отмирать, выходить из употребления, а новые – появляться. Очень важно, чтобы церковное руководство следило за тем, чтобы обрядовое творчество не пускалось на самотек, иначе в разных местах будут появляться различные обряды, как это происходит уже сейчас. Само по себе такое разнообразие не несет ничего плохого, если только священнослужители или миряне не выдумывают какие-то свои обряды, которые претендуют, чтобы стать частью традиции. Некоторые прихожане воспринимают нововведения как часть церковного устава, хотя на самом деле это можно назвать самодеятельностью», – продолжил свою мысль владыка Иларион.
Председатель Отдела внешних церковных связей объяснил телезрителям, где проходит граница между использованием обряда в православной вере и обрядоверием, переходящим в суеверие: «Обрядоверие – это когда человек концентрируется не на том, что является сутью православной веры, а на каких-то сугубо внешних сторонах церковной жизни. Когда он думает, что быть православным – это означает на Крещение лезть в прорубь, на Пасху печь куличи и красить яйца, в родительский день ходить на кладбище и для него все Православие сводится к исполнению обрядов. Такой человек не задумывается над тем, что быть православным – это значит жить по-православному, строить семью в соответствии с евангельской нравственной нормой, в профессиональной деятельности руководствоваться принципами религиозной жизни и так далее. Напротив, обрядоверие – это когда второстепенное и вспомогательное оказывается на первом месте, а главное и существенное игнорируется».
|
