 За богослужением молились управляющий делами Московской Патриархии митрополит Саранский и Мордовский Варсонофий, наместник Свято-Троицкой Сергиевой лавры архиепископ Сергиево-Посадский Феогност, руководитель Административного секретариата Московской Патриархии епископ Солнечногорский Сергий, наместник Валаамского Спасо-Преображенского монастыря епископ Троицкий Панкратий, наместник Сретенского ставропигиального мужского монастыря архимандрит Тихон (Шевкунов), председатель Синодального информационного отдела В.Р. Легойда, насельники Валаамской обители.
В слове после Литургии Святейший Патриарх Кирилл рассказал о том, как в 1960-е годы участвовал в богослужении в этом храме, пребывавшем тогда в руинах. Богослужение, которое совершил духовный наставник будущего Патриарха приснопамятный митрополит Никодим (Ротов), стало первой Литургией на Валааме после разорения монастыря.
«Огромная миссия лежит на монашеской братии — рассказывать о том, чем был Валаам, что с ним произошло, и рассказывать о чуде его возрождения. Многие люди в этом рассказе обретут огромную духовную силу, соотнеся то, что произошло с Валаамом, со своей собственной судьбой, и поймут, что даже из самих тяжких обстоятельств всегда есть выход. Господь выводит нас из тени смертной (см. Пс. 22, 4), когда мы сами того желаем». Об этом сказал Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл в слове после Божественной литургии (см. ниже полный текст) в храме Всех преподобных отцов, в посте и подвиге просиявших, на Игуменском кладбище Спасо-Преображенского Валаамского ставропигиального мужского монастыря.
«Вспоминаю, как тогда, в ненастный, дождливый, холодный день, в конце Литургии вдруг воссияло солнце, и яркий солнечный луч пронзил этот полуразрушенный храм, — продолжил Предстоятель. — И те, кто присутствовал, а присутствовали на этой службе всего три человека: сам совершавший Евхаристию митрополит и два его иподиакона — отшедший уже ко Господу архимандрит Климент (Толстихин) и я многогрешный, увидели в этом Божественном знаке знамение надежды. Так оно и произошло — великая назидательная для всех нас история».
«Радуюсь возможности после долгих лет вновь совершить богослужение в этом храме, благолепном, намоленном, передающем красоту нашей традиции заботы о тех, кто почил, — храме, который словно несет в себе летопись этой святой обители, — сказал Предстоятель. — Там, где злой человеческой волей были явлены мерзость и запустение, сегодня расцвела Северная Фиваида как великое научение всем нам — и умеющим понимать знаки истории, и не способным их понимать».
В память о сегодняшнем богослужении Святейший Патриарх передал в дар храму Всех преподобных отцов, в посте и подвиге просиявших, икону Божий Матери «Путеводительница».
Затем Предстоятель совершил заупокойную литию на месте погребения отца Дамаскина (Кононова) и других игуменов Валаамского монастыря.
СЛОВО СВЯТЕЙШЕГО ПАТРИАРХА КИРИЛЛА ПОСЛЕ ЛИТУРГИИ В ХРАМЕ ВСЕХ ПРЕПОДОБНЫХ ОТЦОВ, В ПОСТЕ И ПОДВИГЕ ПРОСИЯВШИХ, НА ИГУМЕНСКОМ КЛАДБИЩЕ СПАСО-ПРЕОБРАЖЕНСКОГО ВАЛААМСКОГО МОНАСТЫРЯ
Радуюсь возможности после долгих лет вновь совершить богослужение в этом храме, благолепном, намоленном, передающем красоту нашей традиции заботы о тех, кто почил, — храме, который словно несет в себе летопись этой святой обители.
Вспоминаю свое первое здесь богослужение, когда на том самом месте, на котором я сейчас стою, приснопамятный владыка митрополит Никодим совершил — на дощечке, как я уже говорил об этом, — первую после разорения святой обители Литургию. Вспоминаю, как тогда, в ненастный, дождливый, холодный день, в конце Литургии вдруг воссияло солнце, и яркий солнечный луч пронзил этот полуразрушенный храм. И те, кто присутствовал, а присутствовали на этой службе всего три человека: сам совершавший Евхаристию митрополит и два его иподиакона — отшедший уже ко Господу архимандрит Климент (Толстихин) и я многогрешный, увидели в этом Божественном знаке знамение надежды. Так оно и произошло — великая назидательная для всех нас история.
Бог поругаем не бывает никогда (см. Гал. 6, 7). Это не значит, что Он водит человека за руку, что Он управляет человеком, как марионеткой, — Он дает ему, в силу свободы, возможность поступать так, как человек считает нужным поступать. Но есть предел, через который не может переступить ни Сам Бог, сотворивший человека свободным, ни тем более тварь. Есть незыблемая основа бытия — она в Cамом Боге. Бог есть Любовь и есть Добро. Иногда неверующие софисты, желая поставить верующего человека в неловкое положение, спрашивают: а может ли всемогущий Бог совершить зло, ведь Он всемогущий? Ответ однозначный: не может, потому что такова природа Божества. И когда люди, опираясь на свою свободу, совершают зло, Господь не одерживает, если только человек не сопровождает это зло покаянием. Но никогда не дано людям переступить некую черту.
Там, где злой человеческой волей были явлены мерзость и запустение, сегодня расцвела Северная Фиваида как великое научение всем нам — и умеющим понимать знаки истории, и не способным их понимать. Это как открытая для всех книга, как Божественное Откровение, как Евангелие Божественное. Здесь является Господь — силой своей мудрости, силой своего промышления. Как святые отцы называли книгой Божественного откровения все мироздание, так можно такой же книгой назвать человеческую историю, через которую мы учимся понимать, чтó есть Бог в человеческой истории.
Слово «благополучие» — очень сложное слово, и то, что для одного благополучие, для другого горе. Но жизнь наша устрояется благополучно в согласии с нашим внутренним человеком — тогда, когда мы живем по воле Божией, когда мы, видя эту Божественную книгу Откровения, слышим Божественный голос, обращаемый к нам и через красоту внешнего мира, и через особую мудрость, запечатленную в истории, и непосредственно со страниц Евангелия; когда мы, слушая этот голос, стараемся исполнять заповеданное нам.
Я думаю, очень важно, чтобы это место — Валаам — посещало как можно больше паломников, людей воцерковленных, верующих и не очень верующих. Огромная миссия лежит на монашеской братии — рассказывать о том, чем был Валаам, что с ним произошло, и рассказывать о чуде его возрождения. Многие люди в этом рассказе обретут огромную духовную силу, соотнеся то, что произошло с Валаамом, со своей собственной судьбой, и поймут, что даже из самих тяжких обстоятельств всегда есть выход. Господь выводит нас тени смертной (см. Пс. 22, 4), когда мы сами того желаем.
Пусть благословение Божие пребывает над обителью, над Вами, владыка игумен, над всеми братьями, паломниками, над всеми, кто посещает это святое место.
В память о совершении богослужения в этом очень важном для меня лично храме, с которым, как я уже сказал, связано было одно из самых сильных воспоминаний моей юности, я хотел бы преподнести этот образ Божией Матери с памятной дощечкой. Прошу каждого из вас вспоминать в заупокойной молитве перед этим образом приснопамятного владыку митрополита Никодима, который никого не убоялся, не постыдился, и здесь, в разгар самого отрицательного отношения государства к Церкви, совершил первую после закрытия монастыря Божественную литургию на Валааме, а также вспоминать меня, вашего недостойного священноигумена, дабы Господь помогал мне в служении и в том числе в проявлении постоянной заботы об этой Северной Фиваиде, о духовном очаге благодатной молитвенной жизни нашего народа. Храни вас всех Господь.
|
