 «Подход к ребенку, подростку, как к особому субъекту права, значительно ограничивает родителей этого ребенка в праве на его воспитание. Речь ведь идет не о защите ребенка от издевательств и побоев, - это и сегодня является преступлением, и с этим борется общество, - но ювенальное законодательство гораздо шире и предусматривает, что любое действие родителей, с которым не согласен ребенок, становится предметом судебного разбирательства. Не пустили на дискотеку, не купили модную игрушку, попросили помочь по хозяйству и т.д.», - говорится в опубликованном на сайте Ставропольской епархии обращении архиепископа Ставропольского и Владикавказского Феофана, касающемся попыток внедрения в России ювенальных технологий.
По словам архиерея, «такой подход, фактически, не помогает нам строить правовое государство, но прививает подрастающему поколению юридический нигилизм, показывает, что закон можно использовать по личному усмотрению». «Более того, реализация такой модели ювенальной юстиции, какую мы видим в некоторых странах, способствует дальнейшему разрушению семьи, как института. Выдающийся русский философ и правовед Б.Н. Чичерин трактовал право и нравственность в качестве двух самостоятельных начал. Чичерин отмечает, что там, где юридический закон оказывается недостаточным, «нравственность может требовать совершения действий по внутреннему побуждению, например, при исполнении обязательств, не имеющих юридической силы». Отношение закона к свободе может быть двояким – принудительным (государственный закон) и добровольным (нравственный закон). «Первое, – поясняет Чичерин, – касается внешних действий, составляющих область внешней свободы, которая одна подлежит принуждению; второе обращается к внутренним побуждениям, истекающим из свободы внутренней. Из первого рождается право; второе составляет источник нравственности». А мы пытаемся по отношению к детям применять один только правовой подход, оставляя нравственный закон в стороне», - заметил владыка.
По его словам, «здесь нельзя не коснуться более широкой темы: надо ли молодежь воспитывать, или она у нас и без всякого воспитания уже готовая национальная элита». «Есть и такой подход, но вряд ли его можно признать реалистичным. Юношеское бунтарство, максимализм и определенная самоуверенность, это то, что было всегда и всегда будет. Так устроен человек. В отрочестве мало кто понимает простую истину, о которой говорит Евангелие: «Когда ты был молод, то препоясывался сам и ходил, куда хотел; а когда состаришься, то прострешь руки твои, и другой препояшет тебя, и поведет, куда не хочешь» (Ин. 21, 18). В молодости кажется, что ты всесилен и бессмертен, что перед тобой открыты все дороги и пути, что надо испробовать побольше», - продолжил он.
«Повторюсь, у нас сегодня ситуация осложняется тем, что все традиционные авторитеты планомерно и целенаправленно уничтожались на протяжении целого века. И только чудом Божиим можно объяснить то, что после падения советского режима мы не рассыпались, как карточный домик. Пусть и полузабытые духовно-нравственные принципы жизни, пережив все испытания, спасли наш народ, нашу страну. Мы пережили поистине страшные девяностые годы, и не просто выжили, но и начали созидать на всех направлениях – от духовного возрождения до развития экономики», - добавил архиерей.
Он отметил, что «сегодня нам на смену приходит поколение, чьи первые шаги в жизни пришлись на смуту девяностых». «Они видели, что можно быть банальным вором, но при этом именоваться промышленником. Они видели беспринципность политиков. Они видели, что их родители бесправны и не способны обеспечить приличный стандарт существования ни себе, ни своим детям. Наивно было бы предполагать, что имея такой опыт они сами придут к пониманию того, что жизнь может и должна быть другой, что есть другие ценности, кроме погони за богатством и развлечениями, что есть мораль и право и именно они должны определять поступки человека, а не понятия. Всему этому должны учить ребенка семья и школа, а не адвокат и судья. Суд, - это крайняя инстанция в решении внутрисемейных отношений, если мы говорим о семье в ее традиционном понимании, а не повторяем столетней давности марксистские прописи о семье, как ячейке, соте. Люди не пчелы и не муравьи», - такими словами заканчивается обращение архиепископа Феофана.
Ранее против внедрения ювенальных технологий в России уже выступили архиереи Русской Церкви: архиепископ Нижегородский и Арзамасский Георгий, епископ Павлово-Посадский Кирилл, митрополит Екатеринодарский и Кубанский Исидор, епископ Красногорский Савва, епископ Саратовский и Вольский Лонгин и другие.
|
