 Последние два дня внимание практически всех российских СМИ оказалось приковано к истории жительницы пригорода Санкт-Петербурга Колпино Веры Камкиной, у которой были отобраны четверо несовершеннолетних детей. Эта история доселе неизвестной женщины дала повод СМИ говорить о начале кампании по массовому изъятию детей из бедных, преимущественно многодетных семей: «В России малообеспеченных родителей могут лишить детей» (Эхо Москвы); «Отняли детей за бедность» (100 ТВ); «Петербурженка лишилась детей из-за бедности» (Комсомольская правда в Санкт-Петербурге); «Не заплатил за свет - отберут детей» (Аргументы и факты); «У матери отняли детей за долги по квартплате» (Свободная пресса); «Реплика Ореха: Конфискация детей» (Эхо Москвы); «В России стали забирать детей за долги» (Сегодня.ру); «Чиновники готовы осиротить детей из-за бедности матери» (IslamNews); «Долговые дети» (Квадрум.ру); «У многодетной матери отняли детей из-за долгов по ЖКХ» (АПН-Северо-Запад); «Не обеспечиваешь детей - отдай их в приют» (газета «Известия») и т.д. и т.п.
Информационный шум, поднятый СМИ вокруг этой истории, скрыл тот факт, что «Русская линия» была первым средством массовой информации, обратившем внимание на эту историю. 26 января 2010 года на сайте РЛ было опубликовано Открытое письмо матери четырех малолетних детей Веры Александровны Камкиной, проживающей в г. Колпино, адресованное Президенту России Д.А.Медведеву, губернатору Санкт-Петербурга В.И.Матвиенко, председателю Законодательного Собрания Санкт-Петербурга В.А.Тюльпанову, прокурору Санкт-Петербурга С.П.Зайцеву.
«Я оказалась в трудной ситуации, - пишет Вера Камкина. - Мне 34 года. Я сама осиротела, потеряв маму, я овдовела, потеряв мужа. У меня четверо детей, которых я воспитываю одна: Дарья, год рождения 13.01.1997, Руслан, год рождения 30.01.2001, Елизавета, год рождения 14.04.2005, Лариса, год рождения 29.04.2008. Сейчас у меня отнимают моих детей, хотят оставить их сиротами при живой матери».
«Теперь мне угрожают, что моих детей у меня отберут, потому что нашими жилищными условиями является одна комната в коммунальной квартире площадью 18 кв. метров. Утверждают, что нет спальных мест, а вот в детском доме, в доме ребенка этих спальных мест много. Зачем улучшать жилищные условия моей семье? У меня мало денег и хватает их только на самое необходимое. Мне говорят, что в детском доме моих детей будут кормить лучше. Когда я прошу помочь мне определить детей в детский сад и ясли для того, чтобы я могла работать и зарабатывать больше, мне в этом отказывают. Меня и моих детей хотят разлучить. Мы все в горе, мы все страдаем. На моих детях пытаются выполнить план по заполнению детских домов России. Дети плачут, просятся домой, они понимают, что нас хотят разлучить. Я нахожусь с детьми в больнице. Я ничего не могу сделать. Я беззащитна. Прошу защитить меня и моих детей от этого произвола, от беззакония. Чиновники сиротят четырех моих детей при живой матери», - говорится в письме.
«Уважаемый господин Президент! Вы помогаете матерям! Я родила четверых детей, и я хочу сама их воспитать хорошими, добрыми, умными людьми, пускай в бедности. Я не хочу, чтобы мои дети стали бандитами, ворами, асоциальными людьми, и не хочу, чтобы они пошли по пути подавляющей части нынешних детдомовских детей, заполняя тюрьмы. Неужели в нашем государстве не найдется возможности помочь мне и моим детям, чтобы их воспитывала родная мать?!» - недоумевает Вера Камкина.
В связи с этой историей мы попросили председателя Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями митрофорного протоиерея Димитрия Смирнова выказать свое отношение к практике изъятия детей из семей из-за бедности.
«Вера Камкина - это гражданка Российской Федерации, которая в силу обстоятельств оказалась в бедности. Мы - богатейшая в мире держава. У нас самое большое количество миллиардеров. Между прочим, и мэр Москвы, и губернатор Петербурга - не самые бедные люди в нашей стране. Тем не менее, бедными являются половина населения страны. Необходимо задаться вопросом: а как устроить так, чтобы помогать таким бедным? Прежде всего, необходимо понять, что помощь бедным - это задача государства», - считает протоиерей Димитрий Смирнов.
«Проблема, о которой мы с вами говорим, решается очень просто, я бы даже сказал, элементарно. В любом детском доме дети обходятся государству в 25 тысяч рублей в месяц. Поэтому, если у матери четыре ребенка, давайте ей сто тысяч рублей в месяц, и не надо забирать детей у матери. Некоторые утверждают, что бедная мать может пропить эти деньги. Что касается Веры Камкиной, то эта женщина непьющая. Конечно, совсем другое дело, если мать пьет или употребляет наркотики. В таком случае нужно детей спасать, потому что в такой семье тяжелая среда. Но, к сожалению, я знаю много случаев, когда детей отбирают у людей бедных, но совершенно непьющих и даже работающих. Я знаю одну женщину, у которой отняли троих детей, а она была непьющей и работающей матерью. К сожалению, изъятие детей из бедных семей уже превратилось в систему. С этой целью в нашей стране создается ювенальная юстиция - чудовищный аппарат по разрушению семей. Вместо того, чтобы бедным помочь, у них отбирают детей, которых отдают в государственные детские дома», - отмечает отец Димитрий.
«Если бы в России детские дома работали хорошо в целом, - продолжил священник, - то к ним не было бы никаких претензий. Но, к сожалению, наши детские дома куют кадры для Федеральной службы исполнения наказаний. Больше половины детей, которые выпускаются нашими государственными детскими домами, поступают в тюрьму, на которую тоже тратятся деньги. Государство тратит миллиарды рублей на содержание детей в детских домах, а потом на их содержание в тюрьме. В результате растет количество уголовников и детская преступность. А если бы все эти деньги отдавались таким матерям или усыновителям, то и не было бы проблем, о которых мы сейчас говорим. Не хотите давать сто тысяч рублей - дайте восемьдесят тысяч, а на двадцать содержите чиновника, который будет за этим приглядывать. И денег у нас в стране для всего этого достаточно. Все дети у нас - государственные, поэтому государство должно о них заботиться. Государство не обеднеет ни на рубль, если будет помогать бедным семьям».
«К сожалению, чиновник в силу психологических причин не в состоянии выпустить государственные деньги. Если он даже кому-то и дает деньги, то только под откат, с условием, что ему достанется половина денег. Чиновник готов брать откаты со всего. Его интересуют только деньги. Они детей не видят. Если бы от меня зависело, то я решил бы эту проблему за месяц», - считает священник.
«Ко мне обращаются десятки многодетных мам, - они в ужасе, что у них, как у бедных, отнимут детей, - продолжил отец Димитрий. - Система детских домов - это огромная система. Там работают сотни тысяч людей, в эту систему вложены миллиарды рублей. Это могучая система. Чиновники никак не могут понять, что детям нужна мать, а не их детский дом, плодящий преступность. Поэтому чтобы решить эту проблему, должно быть решение на самом высоком уровне. У меня создается впечатление, что мы вернулись к монгольскому игу. В те далекие времена, если какое-то княжество не выплачивало налоги татарам, то татары совершали набег на это княжество и забирали их детей. В нынешнее время иго нам устроили наши же чиновники! Алчность наших чиновников не знает предела. Однажды ко мне пришел мой прихожанин, член-корреспондент Российской академии наук. Он мне рассказал, что в деревне, где он отдыхает летом, пришла комиссия в бедную непьющую семью, из которой изъяла троих детей, только потому, что у родителей не было тех или иных предметов быта. Мне самому пришлось спасать одну бедную многодетную семью. Слава Богу, удалось спасти эту семью. Сейчас мы им помогаем - одеваем, обуваем, кормим, лечим. Что делать, если папа мало получает, а мама тяжело больна, а одна из девочек больна лейкемией? Неужели надо уничтожить эту семью? Мы спасли эту семью, а ведь наши чиновники могли уничтожить ее. Чиновник из слуги народа превратился в его уничтожителя. Если у чиновника отнять его детей и внуков, тогда он почувствует чужую боль. Наши чиновники - это бессовестные люди, они совсем обезумили».
«На рассмотрение Комиссии Межсоборного присутствия по вопросам организации церковной социальной деятельности и благотворительности вынесен вопрос, касающейся поддержки семьи, материнства и детства. Мы обязательно обсудим эту проблему. В Межсоборное присутствие входят серьезные люди, но у них нет реальных рычагов воздействия. Мы можем только давать рекомендации и предлагать меры. Церковь способна разработать программу, направленную на решение этой проблемы», - заключил протоиерей Димитрий Смирнов.
|
