 Лазаре, гряди вон!
(Ин. 11: 43)
Возлюбленные верующие!
Чудо воскрешения Лазаря известно всем нам. Мы слышали о Марфе и Марии, сестрах Лазаря. Слышали, что они жили неподалеку от Иерусалима, в Вифании, где часто останавливался Иисус Христос с учениками, утомившись в пути. Мы знаем также, что Лазарь заболел и умер, был похоронен, но наконец был воскрешен Господом, Который на глазах у всех вызвал его из могилы словами: Лазаре, гряди вон!
Итак, мы можем рассказать об этом чуде, знаем, что Иисус так любил Лазаря, что даже прослезился (см.: Ин. 11: 35), но нам трудно понять всё значение этого чуда.
Несомненно, воскрешение Лазаря было прообразом Воскресения Господа, которое совершилось через несколько дней. Таким образом, Иерусалим олицетворяет собой небо, Вифания – землю, Лазарь – Иисуса Христа, воплотившегося спасения нашего ради. Марфа и Мария олицетворяют собой род человеческий, мертвый душой и телом, а плач Иисуса являет любовь, с какой Бог возлюбил этот мир. Воскрешение Лазаря олицетворяет также общее воскресение всех людей на последнем Суде.
Но есть и другое толкование воскрешения Лазаря, на котором мы остановимся подробнее. Это чудо, в самом таинственном смысле слова, служит образом воскресения каждого христианина в истинном покаянии для жизни новой, чистой. Таким образом, это воскресение повторяется с каждым из нас каждый раз, когда мы каемся со слезами.
Лазарь прежде своей смерти являет нам образ души до вкушения ею греха. Марфа олицетворяет собой ум человека, постоянно занятый земными, житейскими попечениями. Мария, обладающая более тонким восприятием, олицетворяет совесть человеческой души.
Болезнь Лазаря являет нам преклонность воли человеческой ко греху, а его смерть – само совершение человеком смертного греха. Скорбь Марфы и Марии о Лазаре указывает на глубокую печаль, смятение и отчаяние, охватывающие ум и совесть человека, совершившего грех. Утешения, которыми множество собравшихся старается отвлечь сестер, чтобы они не думали о смерти брата, – это разные земные удовольствия и наслаждения, которыми люди пытаются обмануть свой ум и совесть, когда согрешат, чтобы забыть о совершённом грехе и перестать плакать о нем. Так сатана привык делать с нами всегда.
Погребение Лазаря означает погружение души человеческой в мрак всякого греха, а обвитие его погребальными пеленами и запечатание могилы камнем означает скручивание души цепями привычки и отдаление благодати Духа Святого от оскверненной темницы души. Погребение Лазаря на окраине Вифании и оставление его всеми друзьями означает выход грешника из круга добрых людей и оставление его всеми естественными чувствами. Одни только Марфа и Мария, то есть ум и совесть человека, не покидают его какое-то время, после того как он совершит грех, и всё тянутся к нему, как к изголовью дорогого покойника.
Четырехдневное пребывание Лазаря в могиле толкуется по блаженному Августину так. Первый день – это сладость греха, второй – согласие совести на грех, третий день – само совершение греха, а четвертый – привыкание человека ко греху. Человек, привыкший к тяжким грехам, подобен четверодневному мертвецу: он тяжко смердит, как непогребенный труп, душа его взята в рабство сатаной, ум помрачен и более не может судить верно, совесть уже не слышит собственного голоса, силы оставляют его, благодать отходит, чувства грубеют, радость его покидает; друзья и родные, то есть Ангелы и люди, изолируют его от себя, выносят вон, хоронят в глубокой и темной могиле, как раба диавола, связанного по рукам и ногам цепью привычки.
Выброшенный вон, покинутый всеми, погребенный и запечатанный… Кто вспоминает еще о мертвом человеке, христианине, замаранном всяческим грехом? Только два слабых создания – ум и совесть. Беспомощные, они вздыхают у двери его гроба. Но слишком поздно: сами они не могут вырвать человека из греха, оживить его покаянием. Здесь требуется помощь Церкви, благодать священства, великая милость Иисуса Христа, чтобы им можно было спасти эту грешную душу.
И вот Марфа и Мария зовут своего Друга, Иисуса Христа, то есть просят помощи у священника и Церкви. «Где вы положили его?» – спрашивает Господь (см. Ин. 11:34). То есть в какой грех впала душа? Когда? Как долго она пребывает в нем?
Воздыхание Господа о Лазаре говорит нам о любви, с какой любит нас Христос, делающий всё для нашего спасения, ищущий нас даже до ада, чтобы, найдя, оживить нас, спасти.
Отваление камня от гроба и тяжелый запах, исходящий из него, являют собой отвержение грехов у духовника путем искреннего исповедания их такими, какими мы их совершили. Молитва Господа возле умершего означает молитву духовника о прощении исповедавшегося. Воззвание Господа к Лазарю: «Лазаре, гряди вон!» – это громкий и повелительный призыв Христа, Церкви, священника ко грешнику: «Человек, оставь греховную привычку, выйди вон из могилы, восстань к жизни новой».
Возвращение Лазаря к жизни и его выход из гроба олицетворяют собой пробуждение к жизни того, кто кается со слезами. Высвобождение воскресшего из погребальных пелен означает освобождение души от греховных привычек, чтобы они больше не связывали ему ни рук, ни ног, ни чувств и он, свободный, мог бы идти вслед за Христом всю свою жизнь.
И, наконец, негодование фарисеев в ответ на воскресение Лазаря являет собой ярость диавола и его слуг, вызываемую воскресением грешника, человека кающегося: они делают всё, чтобы снова ввергнуть его в прежнее состояние.
Возлюбленные верующие!
Самым важным моментом в этом чуде является, конечно, миг, в который Лазарь воскресает по сладкому гласу Иисусову: Лазаре, гряди вон! Как счастлив был бы христианин, если бы тоже услышал голос Господа, Церкви, священника, непрестанно зовущий его к покаянию, говоря:
«Человек, приходи на исповедь чаще; человек, постись, молись, подавай милостыню, ведь идет Великий пост! Человек, приходи чаще в храм, помирись с братом своим, ведь ты христианин. Человек, мало исповедаться поверхностно раз или два в году, нужно изменить свою жизнь. Ты, человек, молишься, а ведь сначала надо простить ближнего своего. Приходишь раз в неделю в храм, а надо бы и дома молиться побольше. Стоишь в воскресенье утром в храме, а надо бы и после обеда не убивать время в корчме или в пустословии. Человек, ты – достойный или недостойный – причащаешься Святых Таин, а надо бы сначала изменить свою жизнь. Итак, брось ты сначала блуд, пьянство, сквернословие, курение, всякую похоть и гордость житейскую и тогда приходи принять Божественные Тайны».
Как счастлив был бы христианин, если бы он покаялся всем сердцем, а не формально! Как счастлив был бы грешник, если бы услышал голос Господа, зовущий его к покаянию! И как хорошо было бы, если бы он расслышал воздыхание своих сестер – совести и ума, убеждающих его постоянно ходить в церковь, на исповедь, ко Христу! Как счастлив был бы христианин, если бы хранил себя чистым от всякого греха!
Когда душа привыкает к греху, она делается рабыней врага – рабыней блуда, пьянства, гнева, погибели. Тогда она забывает о Христе, начинает ненавидеть священников, высмеивает Церковь, отчаивается в спасении, умирает вся целиком, превращается в труп зловонный, потому и выбрасывается вон, в мрачную могилу, чтобы стать пищей червей и гореть вовеки.
Напрасно плачет Марфа вместе с Марией у изголовья бедного Лазаря! Уже слишком поздно! Они сами ничего не могут, как только призвать Друга своего, Христа, Который один может вернуть к жизни…
Итак, если уж мы не ангелы, ибо много согрешаем, то не будем хотя бы уподобляться диаволу, который не кается. Станем каяться чисто, исповедуясь, мирясь с ближними, обновляя нашу жизнь, чтобы стать подобными ангелам и Лазарю, другу Господню!
Что может быть отраднее, чем видеть христианина, кающегося по-настоящему, полагающего начало новой жизни? Однако, увы, как редко встречаются такие люди! Видишь их приходящими в храм первыми, любуешься на то, с каким благоговением они молятся и слушают Святую Литургию, и смотришь – они последними уходят из дома Божия. Видишь их всегда довольными, мирными, улыбающимися, преисполненными любви ко Христу! Ни с кем они не ругаются, не сквернословят, не блудят, не пьют лишнего, не курят, не бывают поглощены мирскими попечениями. Храм для них – это дом, жена – сестра, дети – ангелы, христиане – братья, нищие – друзья, хлеб – манна небесная, болезни – радость, несчастья – наказание за грехи. Церковь для них – небо, священник – Сам Христос, Священное Писание – единственное увеселение, молитва для них – пища живая, пост – облегчение, странники – гости дорогие. Жизнь для них – жительство со Христом, смерть – радость. Ни из-за чего они не гневаются, ничем не возмущаются, ничему так не радуются, как чистой жизни.
Как редки и дороги такие христиане!
Самая великая боль для нас – то, что большинство христиан не исповедуются вообще. Или если исповедуются, то не хотят открыть всех своих грехов, не хотят начать новую жизнь, не хотят выйти из могилы, кишащей червями греха, не хотят отбросить погребальные пелены злой привычки, держащей их связанными по рукам и ногам. Они омываются и опять погружаются в грязь. Выходят из могилы и снова скатываются в нее, в смертельные страсти, в ужасающие беззакония. Наши христиане исповедуются, причащаются, молятся, но остаются почти не изменившимися потому, что не бросают грехов со всей решительностью.
Что же нам делать, братья? Пожалеем Марфу и Марию, плачущих по нам. Отправим их на поиски Христа! И когда Он придет в образе священника, разорвем окончательно узы греха и оковы страстной привычки. Потом, выйдя на голос Господа из мрака к свету жизни, начнем жить совершенно новой жизнью, полной любви, мира, милости и молитвы.
И в знак примирения устроим для Господа вечерю в доме нашего сердца. Тогда Марфа, то есть ум наш, исполненный усердия, приготовит нам угощение, а Мария, то есть наша совесть, полная любви, омоет ноги Жениха Христа. А мы, братья Лазаря, будем одними из возлежавших с Ним (Ин. 12: 2).
Радость этой вечери так велика, что не может быть выражена словами. Но попробуйте изменить свою жизнь, а затем приступите к Пречистым Тайнам со многой верой, и радость Духа Святого тотчас наполнит ваши сердца! Только тогда вы поймете тайну Воскресения Христова! И будете тогда самыми богатыми людьми на земле! Вы будете самыми счастливыми на свете смертными!
Перевела с румынского Зинаида Пейкова
Arhimandrit Ioanichie Bălan.
Predici la Postul mare. Mănăstirea Sihăstria, 2007. P. 138–144.
|
