 «Любой верующий человек испытывает необходимость в общении со священнослужителем. Военнослужащие несут военную службу в особых условиях, где подчас невозможно встретиться со своим священнослужителем, если он не состоит в штате воинской части. В то же время священник должен быть постоянно со своей паствой, особенно в трудные минуты, когда стоит вопрос жизни и смерти. Поэтому военный человек должен иметь духовную поддержку своего пастыря», - заявил в интервью РИА «Новости» известный московский священник, председатель Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями митрофорный протоиерей Димитрий Смирнов в связи с возрождением института военного духовенства в России.
«Опыт России и зарубежных государств показывает, - продолжил отец Димитрий, - что успешному решению многих проблем в вооруженных силах способствует институт капелланства, которому не одна сотня лет. Он призван повышать моральный дух в армии, создавать межрелигиозный мир среди военнослужащих. В мире существуют несколько моделей капелланства. К примеру, в Германии капеллан - гражданское лицо, в США, Великобритании, Норвегии - офицер, в Бельгии - гражданское лицо, имеющее воинское звание. Как уже не раз отмечалось, использование опыта других стран не должно разрушать положительные наработки отечественной системы воспитательной работы в войсках, а военное духовенство - подменять существующие органы воспитательной работы. Его представители призваны трудиться рука об руку с командирами и офицерами - воспитателями. В России данный институт имеет многовековую историю, прерванную 20 января 1918 г. В настоящее время решением Президента Российской Федерации Дмитрием Анатольевичем Медведевым от 21 июля 2009 года в нашей стране восстанавливается институт военного духовенства. «Воссоздание» - это возрождение лучших традиций духовного окормления нашего воинства. «Военное духовенство», а не иное название этого института - это продолжение традиций, порушенных революционным лихолетьем двадцатого века, когда название этого института отражало истинный смысл служения пастырей на ниве тяжелого и столь необходимого воинского труда. Целью деятельности духовенства является помощь военнослужащему в его стремлении к духовно-нравственному совершенствованию».
«Министр обороны Российской Федерации Анатолий Эдуардович Сердюков еще летом 2009 года принял решение о введении на первом этапе военных священнослужителей в воинских соединениях, находящимися за пределами России. Речь идет о 201-й военной российской базе в Таджикистане, 102-й военной базе в Армении, а также о соединениях и бригадах на территории Абхазии, Южной Осетии, на Украине (в Севастополе) и в Киргизии. Кроме того, на этом этапе проводятся соответствующие мероприятия по созданию отдела военного духовенства в Северо-Кавказском военном округе. Какие будут структура и численность, покажет время», - сообщил председатель Синодального отдела по взаимодействию с Вооруженными силами и правоохранительными учреждениями.
«Что касается кандидатур на должности военного духовенства от Русской Православной Церкви, то в настоящее время осуществляется подбор священников с согласия правящих архиереев Синодальным Отделом по взаимодействию с Вооруженными Силами и правоохранительными учреждениями. Критерии отбора: желание священника, соответствующая профессиональная подготовка (духовное образование), способность внести личный вклад в укрепление духовных основ обороны и безопасности страны и являющий собой пример высокого духовно-нравственного поведения. Священник приходит в часть, чтобы выполнять свои служебные обязанности, к которым он уже готов, поскольку получил соответствующее образование в духовных семинарии, академии и имеет практику службы на приходе. Военная специфика принципиального значения не имеет. Не важно, разбирается священник в армейском вооружении или технике. Да, такие знания не помешают ему. Но, что необходимо военнослужащему от священника? Это глубина его духовности, это пример его личного благочестия, это полнота богословских знаний, следовательно, его способность ответить на любой интересующий вопрос военнослужащего. Знания специфики жизни военнослужащих, особенности учебно-боевой деятельности также необходимы. Подготовленный в этом отношении священнослужитель может разговаривать на понятном для военнослужащего языке, чувствовать себя уверенно как в казарме, так и на тактическом учении в поле. И это вопрос специального образования, который требует проработки и изучения. Должностные лица военного духовенства будут относиться к гражданскому персоналу Вооруженных Сил», - отметил отец Димитрий.
По его словам, «в задачи военного духовенства должны входить: проведение богослужений, духовно-просветительской работы с военнослужащими и членами их семей, участие в мероприятиях по патриотическому, духовно-нравственному воспитанию личного состава, укреплению правопорядка и воинской дисциплины, оказание помощи в реабилитации военнослужащих, получивших травмы, в том числе психологические, в результате боевых действий и других событий экстремального характера».
«На совещании, которое проводил Дмитрий Анатольевич Медведев по вопросу военного духовенства, он обратил внимание на то, что при введении должностей воинских и флотских священнослужителей необходимо «руководствоваться реальными соображениями, реальными сведениями об этноконфессиональном составе частей и соединений. Все имеют право получать духовную поддержку в соответствии со своими воззрениями. Конституционные принципы равенства, добровольности, свободы совести должны быть соблюдены и в отношении все военнослужащих». Президент России четко объяснил, как должно быть. Так оно и будет. Что касается того, в каком количестве и в каких соединениях и частях будет представлено военное духовенство от РПЦ, других вероисповеданий, как мне известно, по этому вопросу проходит соответствующая проработка в Минобороны», - сообщил пастырь.
«Воспитывать у военнослужащих уважение к вере своего сослуживца - важная задача военного командования и военного духовенства. Только тогда, когда мы уважительно относимся к убеждениям другого человека, только тогда возможно взаимопонимание. От этой позиции зависит мир в казармах, в семьях военнослужащих. Также армия не должна рассматриваться как поле для миссионерской деятельности с целью привлечения новых последователей. Следовательно, в армейской среде должны работать только те религиозные объединения, члены которых проходят военную службу. Вообще, одной из главных задач военного священника в армии должно быть сплочение воинского коллектива через искреннее и уважительное отношение к религиозным взглядам и чувствам верующих других религий. Он должен проявлять особое внимание к солдатам, сержантам, офицерам, исповедующих другую религию. По их просьбе организовывать встречи со служителем своего вероисповедания. Должностное лицо военного духовенства в воинской части должно работать только с теми военнослужащими, которые желают с ним встречи. Как не может быть хождения строем в храмы», - считает отец Димитрий.
«Не может быть здорова армия, если больно само общество. Поэтому военное духовенство совместно со всеми государственными, общественными институтами, в том числе со средствами массовой информации, должны проповедовать мораль и нравственность. Религия побуждает в человеке добрые чувства, соединяет все духовные силы человека, и делая его причастным Божественной силе, помогает исполнять ему нравственные принципы. Она наставляет колеблющегося, утешает горюющего, подкрепляет ослабевающего, придавая ему необходимые силы к исполнению долга. И если военный человек будет слышать слово Божие, то в нем пробудиться сознание и понимание недопустимости безнравственных, а тем более преступных поступков. Не может верующий военнослужащий быть плохим солдатом», - заключил протоиерей Димитрий Смирнов.
|
