 «Эти данные не могут не радовать верующего человека. В тот момент, когда закончилась эпоха неверия и безбожия, и отошел, казалось, навсегда этот бес от русской души, то тут же явились, по известному евангельскому слову, семь худших бесов в виде разнообразных форм чародейства и суеверия. Но народ нашел в себе внутренние силы преодолеть это искушение, корни тысячелетней веры во Христа оказались глубже. Как мы семидесятилетнюю эпоху безбожия пережили и преодолели, так мы видим (не только на основании этого вопроса, но имея и другие факты, и общую картину общества), что и после смогли мы пережить это двадцатилетие попыток реставрации неоязычества в новых формах», – заявил в комментарии «Русской линии» известный петербургский священник, настоятель Леушинского подворья протоиерей Геннадий Беловолов, говоря о том, что данные социологических опросов, выявивших снижение доверия российских граждан к «лечебной» экстрансесорике, свидетельствуют не об улучшении медицинского обслуживания в России, но о воцерковлении русского народа.
«Возвращение Анатолия Кашпировского. Поверят ли россияне во второй раз телевизионной терапии?» Так на сайте Всероссийского центра изучения общественного мнения (ВЦИОМ) озаглавлен материал, показывающий данные опроса граждан на предмет их удовлетворенности качеством получаемого медицинского обслуживания и их доверия лечению телевизионной психотерапией. Выяснилось, что большинство российских граждан все-таки не удовлетворяет качество получаемого медицинского обслуживания (об этом сообщают 60%). В то же время за прошедшие два десятилетия мнение россиян о возможностях телевизионной психотерапии (чем промышлял, в частности, А.Кашпировский) изменилось коренным образом. Так, если в 1990 году большинство граждан верило в возможность излечения таким методом, то сейчас доля таких респондентов составляет незначительное количество людей.
«С приходом «демократии» суеверие и чародейство, как правило, рядилось в некие псевдонаучные формы, и к тому же прикрывалось мощным авторитетом телевидения и печатного слова, которому традиционно во всякое время наш народ доверял. Это стало настоящим искушением для русского народа, который, казалось, только начал исцеляться от неверия, как тут же начал получать мощную прививку суеверием. Причем в таких масштабах, которых, вероятно, за всю историю России не существовало, разве что только в дохристианские времена. Неслучайно, что это пришлось в период первого десятилетия после тысячелетия Крещения Руси. То есть, с одной стороны, можно назвать этот рубеж вторым Крещением Руси (поскольку множество людей приходило тогда креститься), а, с другой стороны, – вторым пришествием язычества на Русь», – сказал отец Геннадий.
Ибо массовое обращение народа к различным экстрасенсам, знахарям и просим кашпировским, по словам священника, можно квалифицировать не иначе, как некоторое возрождение элементов язычества. «Думаю, что здесь нужно отдать должное как самой природе русского человека, которого, как ни странно, искушения еще более укрепляют в его исконной вере», – отметил о. Геннадий, подчеркнув, что после периода помрачения последовало стремительное возрождение Русской Церкви и повышение к ней народного доверия. «Состоялся народный вотум недоверия язычеству, навязываемому, в частности, многими СМИ в виде различных астрологических прогнозов, и этот вотум от обратного доказывает доверие к Церкви, к своей исторической исконной вере», – убежден настоятель Леушинского подворья.
«Сегодня мы безусловно присутствуем при каком-то новом качественном скачке в нашем духовном развитии. Это просматривается и через деятельность Патриарха, который постоянно находит какие-то новые и неожиданные формы общения с паствой, и через религиозность простых людей, которую я, например, часто наблюдаю из окна храма, когда люди проходят мимо и знаменуют себя крестным знамением. Преодоление суеверия – это одна из таких наших тихих, внешне негромких, но очень перспективных и стратегически важных побед. Это может быть окончательное отвержение и отрицание навязываемого нам неоязычества, которое является культом современного мира», – заключил протоиерей Геннадий Беловолов.
|
