 «Церковь в прямом смысле политикой не занимается, и об этом свидетельствует история. Церковь ни разу не делала попыток каких-либо переворотов и не захватывала власть, иначе бы она превратилась в политическую партию. Цель Церкви иная, она гораздо шире и выше временных целей, поэтому изображение тех или иных людей, отлученных от нее, не имеют под собой какого-либо политического смысла, но преследуют одну цель – душепопечение и спасение человека», – сказал в интервью «Русской линии» известный петербургский священник, настоятель Леушинского подворья протоиерей Геннадий Беловолов, комментируя споры вокруг изображения в росписи румынского монастыря осужденных на Страшном Суде нацистов и коммунистов.
Вместе с тем, отец Геннадий отметил, что «подобные изображения мы видим и в древних фресках и в Древней Руси». «Если посетить Александро-Свирский монастырь, то на фреске в Троицком соборе, изображающей Страшный Суд и относящейся к XVII веку, можно увидеть и турок, и евреев, и ляхов. Но в данном случае имеются в виду народы, которые противились Истине Христовой, которые нападали на Православное Царство, стремясь его разрушить. Это Церковь всегда воспринимала как посягательство на Православие и таким образом давала нравственную оценку этому».
«Но речь идет о Страшном Суде, а он, как должно быть понятно, не будет носить политического характера, – продолжил пастырь. – Господь будет судить не за политические убеждения и принадлежность к какому-либо народу, а по грехам нашим».
«В данном же случае это изображение носит нравственную оценку. Главный его смысл – предупредить, предостеречь, направить. Надо помнить, что фрески Александро-Свирского монастыря были предназначены для созерцания отнюдь не турками, ляхами или евреями, а православными христианами. Значит, это носит еще и внутрихристианский смысл, концептуальный, историософский, но отнюдь не политический. Повторюсь, что на Страшном Суде будут разбираться не политические вопросы, а вопросы спасения души человека. Но, несмотря на это, исторические клише все же сказываются на восприятии глубокого смысла, заложенного во фресках Страшного Суда», – заключил протоиерей Геннадий Беловолов.
|
