 Он был удостоен самых высоких наград - Государственной и Ленинской премий, дважды Герой Социалистического Труда. Почетный член многих академий мира. Неоднократно выдвигался на Нобелевскую премию. Почему не получил? Домыслов много, в частности, что когда он стоял в списке для награждения, СССР вошел в Афганистан. Но, вероятно, мы узнаем истину, когда Нобелевский комитет раскроет архивы тех лет.
Но почему ученый, которого сами коллеги ставили в один ряд с такими великими математиками, как Эйлер, Пуанкаре, Гаусс, Гильберт, мало известен широкой публике, оставаясь в тени, скажем, Ландау, Капицы, Семенова? А ведь почти 25 лет он возглавлял знаменитый Объединенный институт ядерных исследований в Дубне, а еще, по сути, создал несколько крупных институтов в разных городах страны.
Все дело в том, что Боголюбов не любил быть на виду, избегал публичности. Академик Алексей Сисакян вспоминает: «Когда показывали статью про него в центральной газете, он отмахивался со словами - уберите, уберите, там нет ничего интересного».
Судьба Боголюбова уникальна. Единственным документом об образовании великого ученого был аттестат, что он окончил семь классов. Жизнь так распорядилась, что в 1919 году семья оказалась в деревне, и там математике юного Николая учил отец, который был высокообразованным человеком, профессором богословия. Но сын быстро перегнал отца. Обложившись книгами, он начал заниматься самостоятельно, и скоро его знания по математике и физике были на уровне университетского курса.
Можно сказать, что он сам себя сделал. Уже в 21 год он удостоен престижной премии Болонской академии. Сегодня общепризнанно, что из работ Николая Боголюбова во многом выросла современная теоретическая математика и физика. Без него невозможно представить квантовую теорию поля, сверхтекучесть и сверхпроводимость, теорию элементарных частиц и т.д. Его книги переведены на многие языки и до сих пор считаются непревзойденными университетскими учебниками.
Особая и деликатная тема - отношения Боголюбова и Ландау, вокруг которых немало мифов и слухов. Так сложилось, что Николай Николаевич в своих работах периодически вторгался на территорию, где непререкаемым авторитетом считался Ландау. Это касалось и теории сверхтекучести, и сверхпроводимости, и так называемого «нуля заряда» в квантовой электродинамике. По словам академика Дмитрия Ширкова, каждый раз научные сообщения Боголюбова были психологическим испытанием для Ландау. Дело в том, что строгая математика Боголюбова уточняла гениальные, но подчас полуинтуитивные построения знаменитого теоретика. Время рассудило великих ученых. Споря о науке, они, может, как никто работали на нее, дополняя друг друга.
- В отличие от Ландау, для доступа к которому молодому ученому требовалось сдать знаменитый терминимум, Боголюбов был открыт для всех, - вспоминает академик Ширков. - Для него была важна не столько начальная подготовка, сколько способность быстро войти в круг новых идей. Сам он ими был буквально напичкан и щедро делился со своими учениками. Наверно, поэтому многие из них сделали себе имя в мировой науке.
А еще Боголюбов поражал своей эрудицией. Он владел несколькими языками, блестяще разбирался во многих областях культуры, наизусть читал целые куски из любимых Булгакова, Щедрина, римских авторов. И вообще был большим жизнелюбом. Обожал выкурить ароматную сигару, выпить рюмку хорошего виски, пообщаться в приятной компании. Не играл в шахматы или в карты, не занимался спортом. Даже на отдыхе писал научные статьи. Как-то сказал о себе: «Когда я помру, скажите, что был верующим христианином, всю жизнь трудился, характером особо вредным не отличался...».
|
